задрожало при воспоминании об этом. Но ее разум, который все еще сохранял подобие контроля над ней, сказал ей, что она не должна этого делать и что ей следует встать и вернуться в дом.
Она оперлась рукой о одеяло, чтобы приподняться, и почти встала, но не смогла заставить себя сделать это. В тусклом свете она могла видеть красивое лицо Кайла, его коротко подстриженные светлые волосы и большие голубые глаза. Его сильные, большие руки, которые так настойчиво сжимали ее прошлым вечером, казалось, были готовы сделать это снова.
— Кайл, я не знаю...
— Я знаю, - сказал Кайл. - Я знаю, мам. Я хочу снова почувствовать тебя. Папа уже спит. Ты знаешь, как это будет приятно.
Кайл мог видеть напряжение и конфликт на лице своей мамы даже в темноте. - Она тоже этого хочет, - подумал он, - но ее нужно подтолкнуть, а не давить.
Внезапно что-то в ночном небе над головой привлекло их внимание. Первая падающая звезда за этот вечер. В темноте она прочертила по небу белый сверкающий след.
— Это знак, мама, - сказал Кайл. - Звезды говорят тебе, что я прав.
— О, Кайл, это глупо, - сказала Мэдди.
Но ее голос звучал не совсем убежденно. Голос внутри нее - голос ее желания, а не голос совести - тоже хотел верить, что это знак.
— Мам, если это тебя не убедит, вот что я тебе скажу, - сказал Кайл. Он посмотрел на свой телефон. - Сейчас 11:45. До полуночи оставалось всего пятнадцать минут. Время от времени, с каждой падающей звездой, тебе приходится что-то снимать. Если к полуночи ты будешь голой, ты позволишь мне делать с тобой все, что я захочу, здесь, на одеяле. А если нет, то мы зайдем внутрь и на этом закончим. Как насчет этого?
— Это звучит безумно, - подумала Мэдди. Но, с другой стороны, шансы, казалось, были в ее пользу. Было уже 11:45, и появилась только одна падающая звезда. Если бы она смогла продержаться следующие пятнадцать минут в одежде, Кайл оставил бы ее в покое.
— Хорошо, я сделаю это, - сказала она. - Но если я все еще буду одета в полночь, мы ляжем спать и забудем об этом, и ты больше не будешь приставать ко мне по этому поводу.
— Договорились, мам! - сказал Кайл.
Мэдди сразу же пожалела, что согласилась на глупую сделку Кайла. Она недоумевала, почему просто не встала и не вошла в дом. Она посмотрела на своего сына, чьи светлые волосы и волевое лицо были лишь слабо освещены звездами и луной. Но Кайл не смотрел на нее. Он смотрел вверх, на северо-восток, надеясь, что метеоритный дождь ускорит раздевание его матери.
Мэдди тоже подняла голову, растерявшись. Она почти ощущала силу вожделения своего сына к ней через одеяло. И, она должна была признаться себе, она испытывала к нему вожделение, но изо всех сил старалась держать свои чувства в узде. Она надеялась, что звезды продержатся до полуночи.
Они подождали две минуты, но ничего не произошло. Небо полностью потемнело, и тонкая луна начала опускаться за западный горизонт.
Затем они увидели одну - слабую белую полосу света, которая начиналась на полпути к небу и описывала дугу над головой, пока не погасла. Кайл не терял времени даром.
— Пора что-нибудь снять, мама, - сказал он.
Мэдди надела свое платье, трусики и шлепанцы на ноги. Она решила не надевать лифчик из-за жары. Теперь она сожалела о своем решении. До полуночи потребуется всего четыре падающие звезды, чтобы раздеть ее догола.
Познакомила с коллегой