за каждую импульсивную возможность — как раз наоборот. Тот же самый инстинкт, который подсказал мне НЕ хватать эту круглую грудь перед моим лицом без явного приглашения, предупредил меня, что если продолжать заниматься сексом с Сэм, не докопавшись до сути проблемы ее психики, то это будет означать катастрофу. И я заставил себя мыслить рационально, а не гормонально.
Закрыв глаза, я взвесил в уме вопрос, который хотел задать, и обдумал последствия. Это был риск, но я считал, что на него нужно пойти. Поэтому я открыл глаза, прижал к себе друга и осторожно спросил:
— Ты любишь меня?
Сэм оторвалась от моей руки и удивленно уставилась на меня.
— Чего?
Я пожал плечами и попытался выглядеть безобидно.
— Это простой вопрос.
— Нет, это не так.
— Ну, это простой вопрос, если ответ "нет". В противном случае... — я позволил себе замолчать.
Сэм изучила моё лицо и категорически заявила:
— Я не люблю тебя.
Я посмотрел на нее немного, таким же адвокатским взглядом, который использовала мать. Взгляд Сэм дрогнул, и мгновение спустя она повернулась и уставилась себе на колени, не в силах встретиться со мной взглядом. И она вздрогнула, поняв, что ее уличили во лжи.
— Я не влюблена в тебя, — уклончиво сказала она. — Не совсем. Я имею в виду, я не хочу встречаться с тобой или что-то в этом роде. У меня и так слишком много всего происходит в жизни.
— Но у тебя есть чувства ко мне?
— Ты мне нравишься, Мэтти. Сильно. — Она повернулась ко мне лицом, часть ее уверенности в себе вернулась, когда она подняла подбородок и добавила:
— Я думаю, что я тебе тоже очень нравлюсь.
Я улыбнулся и кивнул.
— Так и есть.
— Меня тянет к тебе. Меня давно влечет к тебе. Я думаю, что ты весьма великолепен, на самом деле. Другие девушки тоже так думают.
Я выгнул бровь.
— Никогда не считал себя "великолепным".
— Как ты думаешь, почему мы все терлись о тебя последние несколько лет? Это не потому, что ты уродлив. — Сэм протянула руку и провела кончиками пальцев по моей щеке. — Это в твоих глазах, правда. Интенсивность твоего взгляда, когда ты смотришь на нас с таким... жаром.
Я начал смотреть на нее с жаром в глазах, думая обо всем, что я сделал с ней прошлой ночью... Думая обо всем, что я мог бы сделать с ней прямо сейчас. Но я глубоко вздохнул и заставил себя еще раз набраться терпения, думать рационально, а не гормонально.
— Но что изменилось? — спросил я. — Ты говоришь, что я давно тебя привлекаю. Что изменилось прошлой ночью?
Сэм вздохнула и уставилась себе на колени. Она закрыла глаза, глубоко вздохнула и тихо сказала:
— Может, мне просто пойти домой.
— Сэм...
— Это была плохая идея.
— Ты не можешь уклоняться от этого вечно. И у тебя нет оправдания тому, что тебе нужно опередить своих родителей дома.
Я моргнул, сообразив, что на самом деле не знаю этого, и добавил:
— Нет ведь?
Она пожала плечами.
— Они думают, что я навещаю Зофи. Она прикроет меня, если они по какой-либо причине позвонят. Она знает, что я здесь.
Я выгнул бровь.
— Она знает, что мы делали прошлой ночью?
Сэм отрицательно покачала головой.
— Но я не знаю, как долго я смогу держать это в секрете. Я не люблю лгать ей. И я не могу долго врать КБС.
Я поднял обе брови.
— Но ты собираешься солгать им немного?
Сэм закусила губу и начала обнимать себя.
— Просто... Пока я не соображу, что я им скажу. Я никогда не имела в виду... Мы с тобой
Долгая ночь