- громко крикнула Ксюша, когда сквозь тугое колечко протиснулась самая толстая часть члена, - Подожди... Не шевелись! Дай привыкнуть...
Несколько минут я просто стоял, ощущая каждый миллиметр моего толстого, каменной твердости стержня, которым растягивал прямую кишку девушки. Боже, она была такой тугой!
Осторожно, глядя, как член полностью скрывается в прямой кишке, а потом выходит обратно, начал трахать медленными движениями, стараясь не давить слишком сильно. Тихо постанывая, сестрёнка покачивалась мне навстречу.
— Можно быстрее... - послышался её голос, - И сильнее... Глубже...
Я задохнулся от удовольствия, зная, что долго не продержусь. Это было нарушением всех табу и запретов, но оно того стоило! Ощущение её гладкой упругости было просто невероятным. Я держался как только мог, но в то же время давление в моих яйцах и члене всё нарастало. Оргазм был близок, а я ещё не успел насладиться узкой попкой сестры, с остервенение вбивая в неё член.
Хрипло дыша, застонал и замер, когда сперма брызнула вглубь прямой кишки. Вздрагивая всем телом, еле держась на ватных ногах, стоял и слушал прерывистое дыхание сестры.
— О-о-х... Это было... нечто..., - шепнула она, - Меня всю трясёт! Спасибо тебе!
Я нежно погладил её булочки, сладко чмокнул в обе половинки и с некоторым любопытством зыркнул на тонкую струю сперму, которая сочилась из ануса сестры.
— Помоги встать, - охнула Ксюша, - И отведи в душ... Меня ноги не держут...
— --
Шурин в те дни ходил весь довольный, так как сестра перестала своего мужа пилить, а иногда, желая быстрее оказать со мной в постели, сама предлагала ему сходить в бар.
Однако, всему нашему тайному счастью скоро пришёл конец.
В один холодный мартовский понедельник, вернувшись домой, я нашёл Ксюшу, сидящую в кресле-качалке, с пепельным лицом и руками, сжимающими живот.
— Алекс, мне нужно в больницу, очень плохо себя чувствую.
Её голос дрожал, а глаза блестели от слез. В первую попавшуюся под рукой сумку лихорадочно закинул нужные (мне так показалось) вещи. Сестра безуспешно пыталась дозвонится до Валеры, но его телефон не отвечал...
— С ней всё будет в порядке, - пожилая медсестра осторожно погладила меня по руке.
Громкий крик Ксюши ударил по моим ушам.
— Она хочет, чтобы вы были с ней, - выглянула в коридор ещё одна медсестра, - Вы отец ребёнка?
— Нет, я её брат, - ответил ошеломленный всей этой ситуацией.
— Брат... Это так необычно... Но проходите...
Следующие несколько часов были напряженными. Ксюша выглядела бледной, как сливки, и вся мокрой от пота. Её маленькие руки вцепились в меня, когда боль особенно усилилась. Я не знал, что делать, и даже не был уверен, должен ли быть там.
Через четыре часа и многих криков крошечный человечек появился на свет. Сестрёнка выглядела изможденной и ещё более бледной. Я с удивлением переводил взгляд с новоиспеченной мамы на только что спеленатую крохотную новую племянницу. Дверь палаты приоткрылась и показалась голова Валеры. Он молча махнул мне рукой и, даже не посмотрев на малышку, исчез.
— Слышь, чувак, - шурин как-то нервно оглянулся вокруг, - Тут такое дело... Слышал, я вчера устроился на работу?
— Поздравляю.
— Но есть одна проблема, - он почесал, затылок, - Работа трудная, с утра до вечера.
— К чему клонишь?
— Как я буду отдыхать, когда дома вот такое? - из палаты послышался плачь малышки, - Ты не против, если она поживёт у тебя? А я... Ну, не важно где.
— А не тебя ли вчера видели в баре в обнимку с длинноногой цыпой? - приблизился к Валере.
Взял силой