форм добавляло ей свою изюминку, хотелось ее приласкать и посадить на коленки и гладить по головке.
Но Ленке хотелось парочка других вещей: поставить Машку раком, как в том, дачном, пыльном полузаброшенном домике, стянуть до угловатых загорелых коленок шортики с обычными белыми трусиками и даже совершенно не раздвигая булочек впиться, как вампирша губами в обе дырочки! С трудом Ленка уговорила трусиху Машеньку не бояться каждого шороха. Девчонки натрескались малины и заперлись хихикая в дом. Хотя строение три на три метра, домом язык не поворачивался назвать, скрипучий диван обитый черным прохладным дермантином по периметру гвоздиками начинающими ржаветь с круглыми шляпками.
Там Машка оседлала Ленку и замкнув ладошки в ладошки долго и томно целовались ощущая на языке свежесть молодого женского дыхания и начинающих дичать огородных ягод. В какой-то момент Машка оказалась сбоку, и Ленка встала над ней на коленках, подняла ее. Две загорелые ладошки с розовым смешным маникюром упирались в валик дивана, а между ними личико с белокурыми волосиками собранные в хвостик. Ленка сдернула из вареной джинсы крохотные шортики с трусиками.
— Ооооох вырвалось из ротика Машки
— Тщщщиии заговорщицки приказала молчать Ленка, щас кайфанешь дурочка! Перед глазами предстала нежно розовая писечка с сомкнутыми губками, спереди на них наезжала не менее розовая горка капюшончика клиторочка, а сзади, где кончалась щелка подружки, коричневое сжатое от неожиданной демонстрации, колечко ануса, все это пространство покрывали кое где редкие белые-белые волосики, писечка источала запах возбужденной женщины.
Как зомби Ленка принялась нализывать Машке маленькую аккуратную пизду, под ее тихие стоны и попытку скрести, плотный, как резина старый дермантин.
Машка отдавала всю себя, без остатка, ввинчивая мокрую пизденку в похотливый рот Ленки, пока не разрядилась мошной конвульсией, буквально отпихнув лицо Ленки!
Через пару минут Ленка поставила перпендикулярно дивану стул, уложила Машку на диван а ножки на стул. Машка раздвинула бедра уже голая снизу ласкала себя пальчиками, а Ленка сидела, как всадница, верхом на головке Машки, бедрами прилипая, то к щекам, то к ушам, трахала ее ротик с пунцовыми губками. Сладко терлась то своим выбритым лобком, то пухлыми мясистыми губами натягивающими плоть прикрывающую клитор! Обе ладони Ленки мяли под футболкой стоячие сосочки сисек, а потный и красный лоб упирался в высокую твердую спинку дивана, напоминающую входную дверь в их старой коммунальной квартире!
Вернувшись из пелены воспоминаний, Ленка, подмигнула Машке, и сказала
— Давай хвались, что там у тебя за подарок!
— Да, в сумочке там, в коридоре остался. Девчонки улыбаясь, вернулись в прихожую, Маша взяла сумку и пошла вслед за Леной в ее комнату. Через пару мгновений шуршаний, Маша извлекла целлофановый пакетик с черной тканью, больше напоминающий кусок, отрезанный от черных колготок. Аккуратно развернув пакет, Маша извлекла диковинное белье, которое Ленка видела в некоторых итальянских порнушках на кассетах родителей
— Аааааа, это стринги важно произнесла Ленка. Трусы для соблазна. Ну, и что, ты мерила, теперь уже с тоном мамы спросила подруга.
— Яяяяя да, нет. Да. Я мерила. И приподняв футболку, показала пальцем на пах, с грустью и печалью в голосе, произнесла, они малы...Ленка не без удовольствия поедала промежность Машки, лосины были явно малы и пропечатали губки писечки, так и хотелось сжать пизду этой хрупкой сучки и терзать языком пока Машка не обкончается оросив лицо, соком наслаждения.
— Ну, тогда отложи, потом будешь надевать, пыталась успокоить подругу, сказала Ленка.
— А может, ты померяешь, у тебя формы и Машка в воздухе, очертила шары вокруг грудей.
— Я? Блин, это же твой подарок.
— Ленусь померь, я хоть посмотрю, как они сидеть на теле должны сказала с
Первые ласки