ее мягкой упругой груди, ее соски в ответ превратились в твердые, как камень, бугорки. Ее розовые ареолы покрылись мурашками. Эльвира Федоровна откинула голову назад и закрыла глаза. С ее губ сорвались тихие стоны. Ее руки скользнули над головой. Капитуляция Эльвиры Федоровны была полной.
Мои руки медленно скользнули вниз по ее телу. Мягким нежным прикосновением я раздвинула ее половые губы, увидела, как они блестят на свету, и почувствовала скользкую влагу. «Ты была хорошей девочкой? Достаточно хорошей, чтобы я позволить тебе прийти?
— Пожалуйста, Ирочка. Я был хорошей. Я не бывала там, куда ты говорила мне не ходить». Эльвира Федоровна наслаждалась этой ролью подчинения мне.
«Это значит быть хорошей девочкой. Помни, что мой дом — это твой рай, твоя сексуальная отдушина Эльвира». Я знала, что ей нравятся мои пальцы в ее киске и мой язык на ее клиторе. Итак, я погрузила два пальца в ее влагалище и начал входить и выходить пальцами.
Эльвира Федоровна почти сразу начала просить. — Пожалуйста, Ирочка, позвольте мне кончить. Пожалуйста, сделай так, чтобы я кончила».
Я взяла ее клитор в рот и пососала его, вращая языком вокруг пульсирующего пучка нервов. Мои пальцы двигались все быстрее и быстрее. Каждый толчок был немного сильнее, чуть глубже, чем предыдущий. До глубокой кульминации получения оргазма оставалось всего несколько мгновений.
— Боже! Да! А...а!. Боже мой! Мм...м!. Ох...х!. А....а!. Пожалуйста, заставь меня кончить. У...у! Не останавливайся Ирочка! Да!. А....а! Эльвира Федоровна тяжело дышала, как сука во время течки. Может быть, больше похоже на собаку в жару. В этот момент вся эта сдерживаемая сексуальная энергия взорвалась по всему ее телу. Эльвира Федоровна вздрогнула так сильно, что кровать задрожала. Она так громко кричала! Я была уверена, что люди в соседних номерах услышала нас. Когда ощущения утихли, Эльвира Федоровна лежала на кровати, как обмякшие макароны в тарелке.
Я не могла не усмехнуться над Эльвирой Федоровной. — Ну что, ты кончила?
— Угу....у!, — последовал слабый ответ.
— Я думаю, что весь этаж отеля знал, что ты получила оргазм Эльвира. На самом деле, весь отель, вероятно, слышал нас!».
«Господи! Ирочка, я так сильно тебя люблю!». Эльвира Федоровна прижала меня к своей груди. — Кажется, ты любовь моя всегда знаешь, что мне нужно!.
— Это просто Эльвира. Секс. Секс нужен всегда. Просто и понятно!». Я легонько толкнула ее в плечо.
— Ирочка, у меня проблема. Она говорила дрожащим, нерешительным голосом.
— Что случилось, дорогая?
«Я просто не знаю, смогу ли я ответить взаимностью сегодня вечером. Пожалуйста, не сердись на меня». Слезы наполнили ее глаза. «Я просто устала. Между сегодняшним стрессом при подсчёте голосов, шампанским и кульминацией оргазма, я едва могу двигаться». Голос Эльвиры Федоровны дрожал, она старалась не всхлипывать.
— Эльвира, — прошептала я, обнимая ее голову. — Я нисколько не обижаюсь на тебя. У тебя были трудные выборы в Госдуму. Я ничего не ожидала, от тебя сегодня вечером. Я знала, что кульминация оргазма, вероятно, поднимет тебя через эмоциональную грань». Я раскачивала ее взад и вперед. — Ничего страшного, давай. Поплачь. Я знаю, что тебе это нужно Эльвира.
Эльвира Федоровна дала волю эмоциям. Слезы потекли по ее щекам. Это были слезы радости и облегчения, смешанные с усталостью. Я знала, что мне нечего сказать. Я просто держала ее. Когда она успокоилась после того, как хорошенько поплакала, я оделась и отправилась в свой номер. В конце концов, если бы люди увидели, как я выхожу из ее номера утром, это было бы неловко для депутата Госдумы Эльвиры Федоровны Красновой.
Следующие несколько недель пролетели незаметно. Эльвира Федоровна попросила
Изнасилование китаек