— Джеймс, милый, — начала она, глубоко вздохнув, прежде чем продолжить. — Ты несколько раз спрашивал о Томе, и я никогда ничего тебе не рассказывала, не так ли?
— Нет, — согласился я. — Ты всегда меня обрывала.
— Ну что ж, пришло время рассказать тебе о Томе, — продолжила Мэдди не более чем шепотом. — Том старше меня на пару лет, и когда я была младше, он был мне как старший брат, после того как я переехала жить к нему и его матери.
— Звучит вполне нормально, — вставил я, чтобы подбодрить ее.
— Да, но когда мы стали старше, все изменилось, Джеймс, — продолжила Мэдди, избегая моего взгляда. — На самом деле мы не были родственниками, мы стали. .. ну. .. как парень и девушка.
Я просто кивнул, гадая, к чему клонится этот разговор, и подозревая, что он мне не понравится.
— Потом, когда мы перешли в подростковый возраст, мы стали чем-то большим. Намного больше.
— Что сказала об этом его мать? — спросил я, пытаясь сохранить ровный голос и стараясь не слишком зацикливаться на том, что может означать "намного больше".
— Она была только за. Том был немного диким мальчишкой, как и его отец до того, как погиб на мотоцикле. Я никогда тебе не рассказывала, но причина, по которой мои родители и Тома были так дружны, заключалась в том, что они все были байкерами, "Ангелами Ада" и прочими.
— "Ангелы Ада"? — воскликнул я, совершенно застигнутый врасплох.
— Да, — ответила Мэдди. — Все четверо.
— Но, ведь, твои родители тоже погибли в аварии на байке, не так ли?
— Да, они погибли, — печально признала Мэдди. — Они ехали в большой группе в Брайтон на неделю, когда слишком быстро свернули за поворот и списали себя.
— А папа Тома? — осторожно спросил я, уже зная подробности гибели ее родителей, но удивившись, услышав, что это еще не все.
— Это случилось всего четыре месяца спустя, когда он ехал на работу. Он попал под грузовик, а тетя Бет потеряла мужа и двух лучших друзей за такой короткий промежуток времени, что больше никогда не садилась на байк. Она стала ненавидеть эти вещи.
— Ну, это понятно, — посочувствовал я, сам никогда не любивший эти штуки.
В моем понимании все, что ездило по дорогам на двух колесах, было либо велосипедом, если у него не было двигателя, либо передней или задней половиной автомобиля, если он был.
— Тогда тетя Бет взяла меня к себе и воспитала как собственную дочь, — продолжала Мэдди.
— Но она была за то, чтобы Том и ты были вместе?
— Да, это так, — продолжила Мэдди, и все ее поведение указывало на то, что она наполовину вернулась в те времена. — Как я уже говорила, Том был по-настоящему диким, отчаянно увлекался мотоциклами и гонял на них без всякого страха, как и его отец. Бет ненавидела мысль о том, что с ним может случиться, и, полагаю, она решила, что я могу оказать на него хорошее влияние.
— И ты оказала?
— Думаю, нет, — вздохнула Мэдди. — На самом деле все было наоборот, и в итоге я стала такой же дикой, как и Том. Мы были частью банды мотоциклистов и занимались всякой ерундой, которой не должны были заниматься. Довольно много того, что по закону делать не следовало.
— Ты имеешь в виду превышение скорости? — спросил я.
— Да, конечно, но и многое другое. У нас у всех была известная репутация в местной полиции.
Лесной любовник