в меня. Закончив наполнять меня своими живчиками. Дмитрий, вытащил свой ствол, пошлёпал им по моей, сверх глубокой.
Его инструмент хоть и потерял твёрдость, но не уменьшился в размере и болтался из стороны в сторону.
Он сел, широко расставив ноги. Подойдя к нему ближе, я опустился перед ним на колени и прикоснулся его. Он слабо ответил мне губами. Я выпрямился так, что мой затвердевший членик оказался на одном уровне с его лицом.
У меня он был очень напряжён. Я его подёргивал в руках, и коснулся своей шляпой его губ. Я рукой слегка раскрыл его губы и зубы, и стал протискивать свою шпагу внутрь.
Димкина голова слегка наклонилась назад, но я взял её в руки и притянул к себе. Язык во рту слегка зашевелился, губы сжались. Правда, зубы создавали некоторый дискомфорт.
Я тихонько стал пялить его, он не сопротивлялся, а даже слегка помогал. Я качал своим инструментом с такой быстротой, что Диме казалось, что мой хер, постоянно находится в его горле.
Я на секунду замер, потом так резко качнул передом, что весь мой шланг целиком вошел в широко раскрытый рот Дмитрия. И тут же хлынул густой поток живительной влаги.
– Шире рот, – скрипнул зубами я.
И тогда я силой просунул ему хуй в самую гортань. Ему стало трудно дышать. Он попытался освободиться, но леденец уже сам уменьшилась и рассасывался. Дмитрий, не ожидая команды, глотал убывающие порции молочной жидкости.
После. Мы ещё долго высасывали и вылизывали друг друга.
Не стреляй. Часть 2. (21 из 21). Дома