халат и вышла к новому парню, пытаясь сдвигать бедра и не морщиться от боли.
— Привет, Юля, - пробасил здоровенный парень
— Привет...
***
— Блин, Юлька! Хватит дуться, - первой сдалась стервочка, - я правда не со зла снимала, просто вы так классно трахались, я не смогла удержаться!
— Маша! Ты такая сучка, Маша, - уже давно простив, наигранно ругала подругу Юлия, - нафига Никите-то скинула.
— Он очень просил. Как память о тебе.
— Охренеть, блин. А воспоминаний, как он меня сутками пердолил ему мало?
— Ну не будь такой букой, девочка. Ну должна же у него остаться какая-нибудь материальная память о тебе. У тебя же осталась о нем...
— Чё?...
— Ну... В горле у тебя, в заднем проходе, влагалище остались же частички Никитоса. Парню тоже хочется. ..
— Заткнись, а, - засмеялась Юля, - туфлю ему в залупу надо было засунуть, а не видосы обо мне оставлять.
— Да он все равно уже его удалил.
— Правда?
— Конечно, - уверенно заявила Маша, хотя знала, что нифига парень не удалил, - ему зачем? Не станет же он выкладывать видос в интернет? Там же твои ученики могут увидеть, как их математичку долбят в обе дыры.
— Маша! Ты потрясающе умеешь успокаивать. Лучше у тебя получается только делать из замужних подруг доступных давалок!
— Ну ты же разводиться собираешься...
— Ну пока же я замужем! И твоя подруга.
— И давалка!
— И давалка, - согласилась Юлия.
— А тот здоровяк реально?..- начала было Мария, но Юля пресекла ее вопрос.
— Маша, ты тыщу раз уже спрашивала, и я тыщу раз отвечала. Да, тот здоровяк мой брат, Витька. И да, мы трахались неделю назад. Да, у него член больше, чем у Максима!
— Охренеть, Юлька.
— Я знаю!
— Я имею в виду, охренеть. Ты давалкой стала без моей помощи.
Юля уставилась на сдерживающую улыбку подругу, поняла логику ее мыслей, согласилась с ее выводами.
"Всё-таки идея Машки бросить эту школу и переехать к ней в особняк имеет право на жизнь, " - подумала тридцатилетняя красавица, решившая многое поменять в своей жизни.
История одного наказания