разъяренное лицо Терри, она задыхалась и пыталась вырваться еще сильнее, чем раньше. Он грубо толкнул ее спиной к дереву. Он закричал:
— Ты чертова тупая сука. Из-за тебя меня уволили сегодня утром. Я говорил тебе и говорил, что ты просто обязана хорошо относиться к мистеру Тейту и соглашаться со всем, что он скажет, но ты это сделала? О, нет. Ты должна была быть мисс "Хорошие туфельки". Ты стоила мне повышения, которое почти в два раза увеличило бы мою зарплату, и стоила мне моей жалкой маленькой работы в придачу. ЧЕРТ!
Терри нанес Симоне еще один удар по той же щеке, что и в пятницу вечером в душе. На этот раз она упала на пол. Он подошел и начал пинать ее, когда на него обрушился удар сбоку. Он и молодой человек, который его схватил, упали на землю. Терри ударился головой о бетонную скамейку под деревом, возле которого они с Симоной стояли.
Тот, кто схватил Терри, медленно поднялся. Он и еще один молодой человек перевернули Терри на живот. Каждый из них обхватил его за спину и толкнул вверх. Каждый раз, когда Терри пытался пошевелиться, они поднимали руки еще выше, причиняя сильную боль. Три молодые женщины сгрудились на земле вокруг Симоны. Симона была в беспамятстве. Ее одежда была испачкана грязью, и она плакала. Через пять минут прибыла служба безопасности кампуса и надела на Терри наручники. На подходе была городская полиция. Увидев состояние Симоны, они вызвали для нее скорую помощь.
Позже в больнице полицейские допросили Симону. Она рассказала, что в пятницу вечером они с Терри поссорились из-за ее действий на корпоративной вечеринке. Она также объяснила, что в понедельник он снова был зол, потому что его уволили из-за ее действий на вечеринке. Она согласилась выдвинуть обвинения против Терри. Родители Симоны пришли в ее комнату как раз вовремя, чтобы услышать конец ее заявления в полицию. Они провели с ней остаток утра. Наконец врачи решили, что она может вернуться домой. Она отказалась возвращаться в дом, который делила с Терри, поэтому родители забрали ее к себе. После того как она переехала к Терри, родители Симоны продали свой дом и переехали в дом для престарелых. Теперь ей негде было остановиться, кроме дивана в гостиной.
Во вторник утром Билл был в кофейне. Бет-Энн рассказала ему, что случилось с Симоной в понедельник. По дороге домой он заехал к ее родителям, чтобы навестить ее. Она двигалась лучше, но все еще испытывала сильную боль от ушибов. Вся сторона ее лица и оба глаза были черными от синяков. Увидев ее, Билл почувствовал жгучий прилив гнева. Симона увидела его лицо и быстро протянула руку, чтобы осторожно взять его за предплечье. Она сказала:
— Билл успокойся. Он в тюрьме, и я собираюсь довести дело до конца. Прокурор считает, что ему дадут срок. Очевидно, когда он учился в колледже, то проделал нечто подобное с парой женщин. Тогда его приговорили к условному сроку, так что теперь он рецидивист. Каким-то образом ему удалось не допустить, чтобы эта информация попала в город, и никто об этом не узнал, иначе я бы никогда не была с ним в первый раз. Я в порядке, Билл, правда. А теперь просто успокойся.
Билл притянул Симону к себе и нежно обнял, поглаживая ее по спине. Он нежно поцеловал ее в макушку. Симона улыбнулась и расслабилась в его объятиях. После приветствия друзья прошли на кухню, чтобы выпить кофе и поговорить.
Мой друг Николай