вставил, застонала. А в дальнейшем лишь сильно сопела носом и таращила на меня глаза, когда я ей доставал до матки.
А я, ебя мать, чувствовал, как мой член внутри ее влагалища упирается в какой-то шарик и скользил с него, уходя вбок. В эти моменты зрачки наглых голубых глаз моей матери становились шире, и она, сильно сопя носом, упиралась руками мне в пах, как бы не давая глубоко ей засаживать.
Но в процессе эти попытки стали слабыми, а потом и вовсе прекратились. Лежавшая на спине мать безвольно опустила руки, позволяя сыну ебать её, как он хочет. Глубоко и с протяжкой.
А вскоре мама начала стонать. Сначала тихо, едва слышно. И ее стоны становились все громче, по нарастающей. И в тот момент, когда я уже был на подходе, чувствуя, что скоро кончу. Мама Света издала протяжный стон и закатила глаза кверху.
— Ааааа. Ааааа. Ооооо. Аааа. Все, милый. Все. Костя. Я больше не могу. - голос у мамы был хриплый, надрывный.
Она впервые в жизни испытала оргазм от секса с сыном и лёжа подо мной, дрожала всем телом. Как и я на ней. Кончая, я чуть не потерял сознание от сладости порева с матерью. И я поймал себя на мысли, что с мамой Светой мне гораздо приятнее, чем с тётей Галей.
Несмотря на то, что пизда у продавщицы Светланы Николаевны была шире, и мой член ходил в ней свободно, временами похлюпывая. Лежать на родной матери сверху, ебать её и смотреть при этом ей в глаза. Было для меня намного приятнее, чем секс с её старшей сестрой. С тётей Галей я не получал такого удовольствия, как с мамой Светой.
Да и от мамы шел такой запах, который сводил меня с ума и кружил голову. Это был запах моего детства. Мама пахла уютом, домом и пирожками с капустой. И лишь водочный перегар, шедший у матери изо рта, немного обламывал удовольствие.
А вот её сестра так вкусно не пахла. От тёти Гали шел какой-то резкий запах зрелой женщины. Он возбуждал и был приятен. Но тётка не пахла запахом моего детства. Им пахла только моя мать, красивая и развратная продавщица. И я, всё ещё лёжа на матери сверху, удерживая ее ноги на своих плечах, смотря любимой женщине в глаза. Отчётливо понял. Что самый лучший кайф от полового сношения я получу только с ней. Со своей мамой Светой. И ни с кем больше. Даже с её старшей сестрой.
— Ну как, Света. Хорошо. Костя ебёт? С тебя бутылка, сестра. Я его обучила. - спросила у моей мамы лежавшая рядом Галина Николаевна, все это время с интересом наблюдавшая, как сын сношает родную мать.
— Да хоть ящик, Галя. Мне и ящика водки не жалко. Он меня продрал, так продрал. Я давно хотела такой хуй, как у Кости попробовать. Но разве его найдешь. Все средние попадались. И ебут как кролики. Только засунут. И тут же кончают. - отвечала старшей сестре мама Света, внимательно рассматривая налитый спермой презерватив, снятый с моего члена на предмет разрыва.
И, убедившись в его целостности, было хотела отнести к печке, но тётя Галя её остановила.
— Дай его сюда, Светка. Кто же такое добро выбрасывает. Я спермой твоего сына морщины под глазами мажу. Очень хорошо помогает. Получше любого крема. - старшая сестра забрала презерватив из рук младшей сестры и отнесла его на телевизор, положив сверху на газету.
— Серьёзно, Галя? Я слышала об этом. Но не верила. В таком случае нужно и мне попробовать. А то морщинки стали
Зоя Викторовна