Клаудии, чтобы она продолжала, что я встречусь с Дафной.
У меня был приятный вечер с Гарри и Кристиной. Это был первый по-настоящему расслабляющий вечер за две недели. Кристина приготовила кокосовые креветки и рис. За него можно было умереть. В тот вечер, вернувшись домой, я почувствовал себя спокойно.
Встреча с Дафной была назначена на следующую среду. Я нервничал, встречаясь с ней, хотя у меня не было причин нервничать, так как я был жертвой в этом жалком заговоре. Когда я добрался туда, меня направили в кабинет Клаудии, которая попросила меня прийти на несколько минут раньше, чтобы она могла поговорить со мной.
— Гаррет, я не знаю, что она хочет вам сказать, но должена вас предупредить: в ее сторону выдвинуты уголовные обвинения. Не давайте ей никаких боеприпасов, не говорите ничего, что может быть использовано для вашей дискредитации, если от вас потребуют дачи показаний в суде. Мы не имеем права обыскивать ее в поисках микрофонов или записывающих устройств, так что имейте в виду, что она может записывать вас».
— Хорошо, спасибо за предупреждение, — сказал я.
Меня привели в маленькую комнату для частных совещаний. Дафна уже была там. Я ожидал увидеть стервозную и высокомерную Дафну предыдущих недель. Но Дафна, которая сидела в этой комнате, была сломленной женщиной. Я почувствовал волну сострадания к ней, но яркое воспоминание о ее маленьком поступке с Крамером перед отъездом на выходные быстро растворило все положительные чувства, которые я мог испытывать к ней.
— Спасибо, что согласился на эту встречу, Гаррет.
— Что ты хочешь сказать мне, Дафна, после всего, что ты со мной сделала?
Она заплакала.
— Гаррет, мне так стыдно за то, что я с тобой сделала. Ты замечательный муж. Ты этого не заслужил. Я был полностью под чарами Дерека Крамера. Когда я услышала, что обвинения против тебя сняты и что мы с ним, вероятно, предстанем перед судом, это вызвало у меня шок, который разрушил чары. Я с трудом смотрю на себя в зеркало. И все это для самого жалкого секса на свете.
В течение следующих 30 минут она продолжала анализировать собственное поведение. Она не допрашивала меня и не пыталась получить от меня какую-либо информацию.
— Я понимаю, что мы закончили, Гаррет. Если бы я была на твоем месте, я бы сделала то же самое и подала на развод. Так что нет, я не виню тебя за то, что ты развелся со мной. Я хочу сказать, что я уволилась с работы. Я сказала Дереку Крамеру, что больше никогда не хочу с ним разговаривать. Я вернулась к родителям. Я им все рассказала. Они злятся на меня. атмосфера в доме далека от теплой и уютной».
Я посмотрел на нее, ничего не сказав. Честно говоря, на все это не было ничего разумного. Она застелила постель и теперь должна была спать в ней.
— Ближайшие месяцы, а может быть, и годы будут тяжелыми для меня, Гарретт. Я не знаю, что приготовила мне жизнь. Единственное, на что я надеюсь, так это на то, что через несколько лет, когда все будет сказано и сделано, у меня будет шанс хотя бы подружиться с тобой».
— Это далеко, Дафна. Очень далеко. Посмотрим, когда доберемся. Удачи». Я встал и вышел из комнаты. Какая-то часть меня все еще любила ее, но я никак не мог быть с ней снова. Я мечтал отомстить ей, но события сделали ее несчастной женщиной. Она кое-чему научилась, и не было нужды в дальнейшей мести.
ЭПИЛОГ
Дафна смогла заключить сделку о признании вины в обмен на полное сотрудничество с властями
Я и собака