Зато дырки в промежности блядь не сдерживала. Та сжималась-разжималась пулеметом, выдаивая остановившуюся здоровенную дубину.
Из шаров грудей обильно потекло молоко.
Мужчины, не участвовавшие в ебле, отошли в сторону и гыгыкали, переговариваясь, сплевывая и наблюдая, как корячиться на веревках судорожно бьющееся в экстазе бабское тело.
Ебарь со стороны рта простонал и тоже дернулся: раз... второй... Струя густой пахучей спермы потекла по пищеводу, часть вытекла через нос. Когда опавший хуй вышел, Крис принялась судорожно вдыхать воздух, застонала.
Почти сразу кончил и второй. Его разрядившийся член был в белых хлопьях взбитой спермы предыдущих ебарей. Крис послушно и жадно облизала его, пока он не засиял чистотой.
Один из мужиков достал нож и направился к Крис.
Та спокойно смотрела на него. Она была так счастлива, что смерть ее абсолютно не пугала.
Мужчина занес блеснувшее на солнце лезвие, и...
...перерезал веревку. Вторую. Затем те, что держали руки.
Крис не могла стоять на ногах и рухнула в прохладную траву, покрытую такой любимой спермой и мочой.
Мужчины столпились вокруг нее, смотрели на нее с улыбками.
— Вы... Вы на ферме... работаете...? – прохрипела Крис обессилено.
— А что? – спросил в ответ один из мужчин. – В полицию пойдешь?
— Охуел? – с трудом сообщила Крис. – Я б вам медаль дала... Каждому... За взятие пизды Крис!
— Не надо медаль, - засмеялся второй. – Ты все, что надо уже дала!
Все подхватили смех, в том числе и лежащая Крис.
— Сама дойдешь? – поинтересовался кто-то.
— А хули...? Платье только найду... Так вы на той ферме, да? – она махнула рукой, указывая направление.
— Ну да, - подтвердил один из ебарей.
— Приду к вам... - прошептала Крис.
— Ха-ха-ха! – засмеялись мужики. – Да нас там человек двадцать. Заебем!
идеальный розарий