Вот бы взял её за огромные дойки, вот бы размял их как следует своими руками мозолистыми, заводскими. Загнал ей свой стояк тощий с залупой здоровенной и говно перемешал как следует. ОХ!
Пытаясь хоть на мгновение ощутить себя под мужиком Тамара приподняла задницу и снова коснулась грудей, представляя объятия сзади. Будто её брали тут, вбивая ударами ляжек по толстенной жопе в горячий матрас. Будто мужик аж нырял в её пышные как горы булки, всаживая глубоко, вместе с яйцами и волосней.
— Вот так, вот так мой хороший! – мычала в подушку мать, не замечая, что сын уже открыл глаза и смотрит на неё не шевелясь. – Вот бы настоящего хуйца сейчас, а, вот бы мне его в жопу, ой, ОЙ ОООООО!!! - с горечью и муками стонала она.
Иногда Сашка видел по утрам обнаженные бедра или зад матери, одеяло сползало с сонной женщины обнажая телеса. Мальчишка видел даже шерсть которая пробивалась из под полоски трусов между ног мамы. Всё это выглядело для мальчишки таинственным, а ещё почему-то начинало быстро колотиться сердце.
— Еби меня! Давай засади! – хрипела покрасневшая лицом Тамара уткнувшись лицом в подушку.
Прямо на глазах у сына Сашки она бесстыдно раскидала ляжки по кровати и хлестала ладонью по основанию дилдо. Силиконовый член резко и глубоко влетал между пышных ягодиц матери и она тут же благодарила его вскриками.
– Давай, Вась, давай миленький! – фантазировала Тамара, возбуждаясь до предела - Ну ты чего?! Глубже, сука, глубже, импотент ты ебучий! – кусая губы и выгибаясь пыхтела мать. – Глуууубжеее…. Оооо-ооо! Ооооо-ооо! ГЛУУУУБЖЕ!!! – надрывно хрипела она виляя задом. – Протрахай, даааа! Проебывай мне жопу золотко! Воооо-т! Воооооо-т!
Вскрикнув особенно громко Тамара вдруг опомнилась.
Она быстро зажала рот рукой и медленно повернув голову перевела взгляд на сына. Сашка моментально зажмурился, но недостаточно быстро, мать заметила его подглядки. Быстро хлопнув одеялом укрывая задницу, мать поджала ляжки к массивным грудям и резко натянула одеяло до подбородка. Она несколько секунд смотрела в лицо сына притворяющегося спящим.
Сашка явно перестарался, он зажмурился слишком сильно и губы его подрагивали от напряжения. Мать была женщиной грубой, крупной, и рука у неё была тяжелая, если прилетит затрещина, то мало не покажется.
В этот момент дилдо мягко выскальзывало из ануса Тамары. Пытаясь сжать задницу она смотрела на сына и ощущала как рельеф из силиконовых вен чавкает покидая дырку в жопе.
Растянутый, мягкий и пахнущий возбуждением и дерьмом анал не мог удержать член и вскоре елда вывалилась на простынь. Очко выплюнуло инструмент на кровать, и добавило плевок из грязной жижи на нижнюю булку.
Лёжа на левом боку Тамара продолжала смотреть на сына и ощущала как скользкая, побывавшая глубоко в её жопе резиновая залупа выпала, скользнув кончиком по обнаженной ягодице.
Анус беззащитно сжался, даря ощущение легкой пустоты где-то внутри. Между ног Тамары снова прошла волна сладкой щекотки, но продолжать было нельзя, Сашка теперь точно не уснёт после такого зрелища.
Сунув руку под ляжки Тамара нащупала лямки трусов и с тихим шелестом натянула их вверх по массивным бёдрам и объемным ягодицам. Заправила пышные груди обратно под ночнушку, но это не сильно помогло; соски её торчали как два комковатых клитора, доставляя щекотливое удовольствие от прикосновения к ним ткани и пальцев.
Перевозбудившись не только анально, но и всем телом, не кончившая Тамара ощутила сначала раздражение, а потом и злость. Виноват конечно во всём был сын, больше никто. Мать его конечно любила по-своему, но как же заебало его присутствие. Хоть бы поумнел быстрее опездал этот, женился и съебался уже отсюда
Как я вешал люстру