догнал, так вместо того чтобы тут же приступить к своим маньяческим выходкам: ну там трусики с меня тянуть, кофточку сдирать или на худой конец под юбкой у меня рукой бы шарить. Так нет ведь — сидит понимаешь посреди пыльного тротуара и ревет навзрыд. Я было убежать хотела, но мне его аж жалко стало. Таким он мне сейчас несчастным показался.
Молодой совсем, вполне себе прилично одетый: рубашка, брюки — явно женская рука приложена была. Мамка наверное постаралась. А он сидит на пыли и плачет так, как я на похоронах любимой бабушки не плакала. Стою над ним, отряхиваюсь да одежду свою в порядок привожу, а он сидит у ног моих и горько так рыдает.
— Ну всё, — проговорила я протягивая ему руку, — вставай, давай вон на скамейку присядем. Негоже так на заднице на грязном тротуаре. Мамка за испачканные брюки ох не похвалит тебя.
Парнишка взглянул на меня как-то затравленно, но от руки помощи не отказался. Хотя, я думаю я его вряд ли с места сдвинула б, он то вон какой кабанчик, на ноги он сам поднялся, а за руку меня взял наверное чтоб я не сбежала.
— Жена. — Наконец отдышавшись и перестав рыдать произнёс маньяк когда мы присели на скамейку.
— Что жена? — недоуменно уставилась я на своего неудавшегося насильника.
— Жена говорю не похвалит за испачканные брюки и порванную рубашку.
— Жена!? Так ты женатый что-ли! — воскликнула я натурально удивившись. Вот как-то не вязался в моём мозгу образ этого юного толстячка с образом мужа и отца семейства.
— Женатый я, — произнес парнишка и погрустнел.
— Скажите пожалуйста, — проговорила я окидывая взглядом юношу, — и сколько же вы женаты уже? — парень моей иронии заметить не пожелал и не глядя в мою сторону ответил:
— Два года уж. — При этом парень как-то странно посмотрел на моё бедро ставшее видимым в разрезе юбки когда я положила нога на ногу.
— О! — воскликнула я, — а лет то тебе сколько?
— Двадцать пять. — Ответил неудавшийся насильник и отчего-то густо покраснел.
— А я б больше двадцати и не дала, — сказала я оценивающе глядя на юного маньяка и только потом подумала что могла ненароком обидеть парня.
— Вот и вы туда же! — горестно вздохнул маньяк и опять уставился на мою ляжку. Я оправила платье и кашлянула:
— Ну так что там твоя жена? — обратилась я к молодому человеку потому что наша пауза становилась неловкой.
Парень вдруг вскинул на меня взгляд и чуть не с мольбой обратился ко мне:
— Вы же не будете скандалить? — при этом он так посмотрел на меня что у меня вот честное слово сердце сжалось от жалости. Тут я решила сыграть дурочку:
— За то что кое-кто сшиб меня с ног? — я подняла бровь и пронзительно посмотрела на парня. Его взгляд помимо его воли всё время сползал на моё бедро. Я опять кашлянула:
— Ну за… — молодой человек никак не решался сказать, — за то что я вас преследовал. — Наконец выдал юный сталкер спрятав глаза.
— А ты меня преследовал!? — я наигранно удивилась и даже округлила очи.
— Вообще-то да. — Вздохнул парень и опять уставился на мою ногу.
— Но зачем!? — натурально удивилась я.
— Вы такая красивая, взрослая и… — парень потерялся.
— И…? — решила подтолкнуть я его, чувствуя, что если ему не помочь он так и не скажет главное — зачем он всё таки меня преследовал.
Залупа сибирского лося