обратное. После того, как я так легко и просто изменил, и тут же забыл об этом, заставило меня также думать и о супруге. Может быть, потому она так легко смотрит мне в глаза и спокойно рассказывает об окружающих её мужчинах не потому, что между ними ничего нет, а из-за того, что не считает измену чем-то из рук вон выходящим? В общем окончательно избавиться от сомнений по поводу широкого влагалища супруги я так и не смог. Что это, особенности физиологии или работа толстых членов?
Время шло. Я, если не считать тех двух раз с Эльмирой и Сашкой, а также с Эльмирой и Томой, супруге ни разу не изменял. Сама Томка тоже ни разу не была поймана, хоть сомнения и подозрения у меня оставались. С Эльмирой мы общаться почти перестали в основном из-за меня. Я, в разговорах с ней, старался отвечать односложно и по работе, уходя от скользких тем. С Пашей мы время от времени пересекались в спортзале и даже неплохо общались. Нет, приятелями мы не стали. Слишком уж разное у нас было положение; обычный админ и один из руководителей немаленькой организации, но могли периодически пообщаться на отвлечённые темы. Из этих разговоров я вынес, что Паша не знает о том, что мой член побывал почти во всём его женском окружении. А вот когда он хвалил мою жену, то мои сомнения опять просыпались с новой силой.
Как я уже говорил, Паша был очень жизнерадостным человеком. Даже в обычных разговорах с него не сходила довольная улыбка. И когда начальник твоей жены с широкой улыбкой сообщает тебе, что он очень рад, что у него появилась такая умница и красавица, мысли сами собой приобретают вполне определённое направление. Да к тому же, если раньше я просто смотрел на коренастую фигуру мужчины целиком, то после рассказов Эльмиры о нем, взгляд сам собой опускался ему между ног. Конечно же, я делал это украдкой, когда никто не смотрит, чтобы не заподозрили в голубизне, но всё же видел, что в спортивных шортах у него выпирает приличный бугор. Ничего конкретнее разглядеть не получалось, но всё же очередной раз начинал комплексовать и сомневаться в себе.
Всё изменилось на новогоднем корпоративе. Наша контора сняла целый ресторан на вечер, чтобы были только свои. Всё шло прекрасно и ничего, как мне казалось, не предвещало беды. Мы с Томкой были уже слегка навеселе и успели даже выиграть конкурс на самую красивую танцевальную пару. Судя по взглядам, нам и правда завидовали. Молодые, высокие, красивые. Тома к тому же сияла в красном вечернем платье из атласа, которое отлично подчёркивало изгибы её тела.
В какой-то момент она отошла от меня к другому столику, чтобы поднять тост вместе со своим отделом. Там были и Паша со Светой. И очкастая Оксана с Артёмом, которая в кои-то веки была без обычной книжки в руке. Были и ещё несколько человек, с которыми все они работали. Но, что меня смутило, там же крутилась и Эльмира, активно общаясь то с одним, то с другим. Впрочем, тогда я просто глянул на эту весёлую компанию и отвернулся, поскольку наш Андрюха задвигал многословный тост. Томка уселась за столик с коллегами, и я понял, что какое-то время она пробудет с ними. Поэтому я перестал обращать внимание на компанию из отдела поставок, а полностью погрузился в нашу админскую пьяную болтовню и забыл о времени....
— Ну ты и сволочь! – Томка плюхнулась рядом со мной.
Она была бледной от злости, а тушь готовилась потечь от влажных глаз.
Корпоративная этика