и мой дом тоже! - Ирландка в ней начинала просыпаться, и она не собиралась сдаваться без боя.
— Джесс, - ответил я, сохраняя хладнокровие, - Я купил этот дом на свои деньги до того, как мы поженились. Он оформлен на мое имя. К счастью, у нас нет детей, так что ты не можешь утверждать, что тебе нужен дом для ухода за детьми. В нашем брачном контракте четко прописано, что я сохраню свое имущество, если мы разведемся по причине твоей неверности. Я знаю, что твоя внешность позволяла тебе почти всегда добиваться своего, но тебе следовало повнимательнее прочитать этот документ, прежде чем подписывать его, если ты хотела обмануть и отнять у меня мой дом.
— Томас, я не хочу ничего у тебя отнимать! Я хочу, чтобы мы были вместе! Чарльз для меня ничего не значит! Я уже планировала порвать с ним в это воскресенье днем! - Она поняла, что это было ошибкой, как только слова слетели с ее губ.
— В это воскресенье днем, да? Пока я был на своем гребаном хоккейном матче? Прощальный трах для Чарльза, мать его? Даже если бы я поверил тебе, чего я, безусловно, не сделал бы, этого было бы слишком мало. Слишком поздно.
— Клянусь, Томас, он меня не интересует. Это была идиотская интрижка с моей стороны. Мне нет оправдания, но ты не можешь разрушить наш брак из-за этого. Мы созданы друг для друга!
— Да, Джесс, это было по-идиотски. Это было также эгоистично и отвратительно жестоко. Но давай внесем ясность. Я не собираюсь разрушать наш брак. Ты выбросила это в мусорное ведро, когда раздвинула ноги для чертова Чарльза. Ты разрушила наш брак, когда позволила ему наклонить себя и трахнуть сзади в "Хэмптон Инн". Ты испепелила нашу любовь, когда отсосала ему в машине до Ганнисона и обратно! Ты, блядь, разрушил всю нашу любовь, когда посмотрела мне в глаза и сказала, что в ту субботу в декабре у тебя было собрание факультета со всеми учителями математики, после того как я запланировал для нас отпуск на выходные! Ты покончила с нами, и если ты этого не видишь, мне искренне жаль тебя. Все, что я делаю, - это закрываю книгу о нашем фиктивном браке.
До нее наконец-то дошла вся тяжесть ее незаконной связи, и она начала всхлипывать. Я сидел, скрестив руки на груди, и ждал, когда она соберется с силами и выйдет. Наконец, она заговорила. - Куда я пойду? Что я буду делать, Томас?
— Это зависит от тебя, Джесс, но ты должна знать вот что. Моя семья в курсе того, что произошло. Они были рядом со мной последние пару месяцев, когда я узнал о твоем предательстве. Я не сказал твоим родителям. Тебе придется это сделать. Однако, если ты солжешь им или вообще утаишь правду, я нисколько не огорчусь, отправив им копию этого файла.
— Я не собираюсь физически нападать на Чарльза, черт возьми. Однако ты должна знать, что к утру понедельника твой директор будет в курсе того, что произошло. Я не подаю в суд на школу, поскольку администрация ничего не знала о вашем романе. Но я, конечно, не стану скрывать, что знаю, с кем ты трахалась и как часто. Чарльзу придется постоять за себя. Если его жена свяжется со мной, я расскажу ей правду. Полагаю, ты знаешь, что у него трое детей. Их жизни пойдут прахом, и это тоже на твоей совести
— Итак, как я сказал ранее, я закончил заботиться о тебе. Куда ты пойдешь, решать тебе.
Какой ты странный...