не писал... Все на словах было... А еще директор мне открытым текстом сказал, что я предал друга, и он теперь не может мне доверять...
— Господи! Что теперь Зинке скажешь?
— Не знаю... Попробую придумать что-нибудь... Зина завтра приезжает... Надо работу искать... Срочно! Черт! Все плохо... Если жена узнает... Она вышвырнет меня на улицу... Квартира ее...
— У меня, конечно, лучше... Квартиру мы купили вместе... Но я даже не хочу думать о ее размене... У нас Лиза уже большая... Может, замуж вскоре соберется... Я не знаю, как тебе помочь... Скажешь жене, что решил поменять работу...
— Зина приезжает завтра! Куда я успею устроиться?
— Ну, не знаю, Паш... Ты держись... Мне сейчас только разборок еще и с твоей женой не хватает... Мне бы с Лешкой как-нибудь все разрулить...
Алексей проснулся перед ужином. Пришла медсестра, включила инфузомат.
— Это надолго... Так что вы пока отдыхайте...
— Я только и делаю, что отдыхаю... А что это за страшный аппарат, к которому вы меня подключили?
— Это инфузионный насос... Он может полностью заменить стандартные капельницы...
— И долго я тут у вас пролежу?
— Если не будет осложнений, то не менее трех суток. Но это решает врач... Вполне вероятно, что пробудете здесь дней десять... Потом переведут в кардиологию... Там можете пролежать недели три... Потом амбулаторно будете лечиться около двух месяцев...
— Долго!
— А как иначе? Вам надо восстановить физические навыки. Вы будете учиться многому. Например, ходить... Так что терпите...
Нина вернулась домой после работы. Лиза сидела в кабинете отца, за его компьютером.
— Дочка, нам надо поговорить о том, что произошло... - сказала она дочери.
— Я не хочу об этом говорить! Ты причинила страшную боль папе... Ты ему давала клятву верности, а не мне... Да, мне это тоже больно и неприятно... Я не думала, что у меня такая мать... Но ты мне ничего не обещала... И я не хочу ничего слушать... Так что разбирайся с папой...
— Я не знаю, где его искать! Его телефон не отвечает, как в прочем, и твой...
— Я не вижу ничего такого, чтобы ты мне могла сообщить... Можешь, если тебе нужно, просто записку оставить... К тому же, мне скоро исполниться семнадцать лет. Я уже взрослая и сама могу решать, что мне делать. Я могу жить отдельно от тебя... Правда, с разрешения органа опеки и попечительства. Но они разрешат, поскольку проживание с тобой неблагоприятно может отразится на моем воспитании... И могут быть нарушены мои права и интересы...
— Господи! Лиза, о чем ты говоришь! Я разве тебе в чем-то отказала? Да, не скрою, я некрасиво поступила с папой... Но это было один раз и больше не повторится...
— Я уже сказала тебе, что не надо передо мной оправдаться за то, что ты сделала с отцом...
— А что я с ним сделала?
— Не знаю... Только дома я его не вижу... Извини, мне некогда... Я уроки делаю...
Лиза демонстративно раскрыла учебники, давая матери понять, что разговор закончен.
Нина вспомнила, что хотела извиниться перед Лизой за вчерашние слова, невольно сорвавшиеся у нее, но промолчала и ушла в спальню. Она упала на постель и заплакала. Нина видела, что дочь не желает идти на контакт. Но она все же надеялась, что в ближайшее время они смогут как-то наладить отношения.
После ужина Алексей задумался о своей дальнейшей жизни. Он понимал, что инфаркт и нынешнее его психологическое состояние результат предательства жены. И горе, свалившееся на него, было невыносимо. Он очень любил жену, но сейчас он вовсе не видел возможности простить. Ее измена однозначно привела к расставанию
Жизненная ситуация