в сексуальные контакты после того, как приняла предложение Эрика о браке, хотя мы остались очень хорошими друзьями. Она даже познакомила меня с моей невестой Грейс, вдовой на два года моложе меня, которая является исполнительным директором благотворительной организации, с которой работала Бетси. Я не видел необходимости рассказывать Грейс что-либо о Джанет, поскольку теперь это больше не было частью моей жизни.
Мы с Грейс присутствовали на свадьбе Бетси и Эрика через девять месяцев после того, как Бетси приняла предложение Эрика о браке. Очевидно, я знал, что увижу там Джанет, но поскольку во мне больше не было ненависти или гнева, я не испытывал опасений.
Это была прекрасная церемония и потрясающий прием, и я был переполнен радостью за Бетси.
На приеме я мог сказать, что Джанет избегала меня. Я уверен, что она была уверена, что я снова откушу ей голову, если она попытается заговорить со мной. Однако незадолго до того, как мы с Грейс ушли, я разыскал Джанет. Она была шокирована, когда я подошел к ней, поскольку прервала разговор с одной из своих подруг и явно готовилась к неприятностям.
— Джанет, - сказал я, глядя ей прямо в глаза и держа ее за обе руки. - Я должен сделать тебе комплимент за то, что ты воспитала самую замечательную женщину в истории. Элизабет нет равных. Я уверен, что она никогда не смогла бы стать тем фантастическим человеком, которым она является, без тебя, как ее любящей матери. Удачи тебе.
С этими словами я развернулся и направился к Грейс, оставив Джанет совершенно безмолвной и разинувшей рот.
Когда я подошел к Грейс, она сказала: - Я думаю, что мать Бетси хотела тебе что-то сказать. Она протягивала руку, когда ты уходил, и мне кажется, я увидела, как ее губы произнесли "Прости". О чем бы она сожалела?
— Я не знаю, милая, - ответил я Грейс, быстро выводя ее из бального зала. - Может быть, она думает, что мне не понравился свадебный торт?
Мои мужчины