следующий момент мы уже целовались, его язык страстно входил в мой рот...
Я поняла, о чем говорю, это было больно, я остановилась и посмотрела на Джимми. Он снова сидел с безэмоциональным выражением лица.
— Итак, у нас есть правдоподобная причина, по которой ты упала со своего пьедестала в тот раз, но это продолжалось, Джейд, вплоть до прошлой пятницы. Почему - он шантажировал тебя, имел над тобой какую-то власть, которая заставила тебя вернуться? Я должен понять, почему.
Теперь было совершенно ясно, что он знает почти все, так или иначе, его должны были предупредить или у него возникли подозрения. Мне пришлось предположить, что конверт был получен от частного детектива. Но я не знала, как далеко это зашло.
— Я могу сказать тебе, почему, но это причинит тебе боль, Джимми. Ты уверен?
Он сделал маленький, ничего не выражающий кивок, чтобы продолжить. И я продолжила с того момента в кабинете Дэна, который описывала.
— Пока он целовал меня, его рука потянулась вниз, задрала подол моего платья и крепко обхватила мои ягодицы. Он притянул меня к себе, и я почувствовала, как его твердость уперлась мне в живот, когда мы оказались заперты в неистовом поцелуе. Он начал... поднимать... меня и... Я... мне жаль. Я подняла свои ноги и сомкнула их позади него. Я... Я... потянулась вниз... и расстегнула его брюки, прежде чем он... он толкнул свой чл...
Я посмотрела на Джимми, он закрыл глаза, и по его пустому лицу скатилась одна слеза. Я начала сильно плакать, повторяя слова сожаления снова и снова, пока у меня, практически, не начался приступ гипервентиляции.
— Был ли он лучше, Джейд? Поэтому ты постоянно возвращалась? Я полагаю, ты любишь его, раз покупаешь и делишься всем этим бельем, которое я не помню, чтобы видел на тебе.
Я вскочила со стула и попыталась двинуться к нему, чтобы обнять, но Джимми спокойно поднял руку и остановил меня, велев сесть на место и закончить говорить правду. Я была сломленной женщиной, и я была уверена, что мой муж тоже был сломлен за фасадом, который он создавал.
— Он не был лучше, но он был другим, очень другим. Ты любящий, нежный, ты думающий и удовлетворяешь мои сексуальные потребности и желания, вероятно, больше, чем свои собственные. Это медленно и чувственно, и мне нравится, как со временем мы достигаем кульминации, все те годы, что мы делили и исследовали наши тела. Я люблю тебя, Джимми!
Я боролась, чтобы сдержать слезы; я говорила серьезно. Я снова вскочила с кресла, но на этот раз я протиснулась мимо его руки и прижалась к нему, когда мои слезы пролились на его рубашку. Обычно его руки тянулись ко мне, чтобы утешить, но сегодня они лежали неподвижно, опираясь на ручки кресла.
Он тихо произнес.
— Пожалуйста, Джейд, сядь обратно. Это самая трудная часть в нашей оставшейся жизни, давай пройдем через это. У меня есть несколько вопросов, Джейд, если ты не возражаешь.
Я кивнула, когда он начал то, что начинало напоминать инквизицию.
— Он заставил тебя кончить, Джейд?
Я не могла открыть рот, но мое выражение вины и обильные слезы подсказали ему ответ, но, похоже, этого было недостаточно.
— Ответь на вопрос, Джейд, да или нет?
— Да.
— Он заставлял тебя кончать больше одного раза за секс-сеанс?
Я не хотела отвечать, но он уже знал.
— Да.
— Как часто, Джейд?
— Каждую пятницу, когда ты работал, я встречалась с девочками.
— Нет, Джейд, это был не тот ответ, который я хотел получить. Как часто... как часто ты кончала во время сеанса?
Вероника-2