заглянул в разрез моей юбки. – Хотим квартиру снимать, а на них такие цены... - он повысил тональность голоса.
— Сейчас всё дорого, а чего вас так общежитие пугает. Сама жила там пять лет, завела много знакомства, весело, когда все вместе собирались, ходили в походы, вместе готовили разные проекты, - придержала разрез юбки, которую всё время раздувал ветер. – Возможно, ещё кто-то с ней поступит из нашей громады, смогут жить в одной комнате. Нечего зря волноваться.
— Появится у вас дочка, тогда поймёте. Слышали же про дочку Наташи «Фольги»? – вопросительно посмотрел на меня. – Она же неизвестно от кого залетела на первом курсе, а малая продавщицы. Говорят, вообще связалась с каким-то богатым стариком, бросила учёбу и живет у него.
Дрожь прокатилась по телу, обменялась с ним взглядами. Его дыхание участилось, большие щеки покраснели. Показалось, что он сейчас крикнет на меня. Если он за неё так переживает, пусть сидит с ним дома, занимается огородом и хозяйством.
— Понимаю, а что я могу поделать? - развела руками в стороны. – Не предусмотрено такое. Пусть за ней кто-то присматривает, родственники, знакомые, студенты старших курсов.
— Знаю, как они присмотрят, мне племянник рассказывал, там у парней одно на уме. Все девушки какие-то гулящие, пьют, курят, одеваются и красятся, как шлюхи, - снова кинул взгляд на мои стройные ножки в чёрных колготках. – Мне нужно, чтоб она училась и не попала под их влияние и не стала гулящей шалавой. Совсем ничего нельзя сделать? У меня же шестеро детей.
Прищурила один глаз. Старый трактор урчал, как и его хозяин. Ветер немного изменился и теперь выхлопными газами тянуло в нашу сторону. Мужчина пристально смотрел на меня. Из сарая выглянул серый котик, взглянул на подымающееся солнце, зевнул и потянулся. Похоже, что гул и наши голоса разбудили его. Один из аистов взлетел, махнул крылами и направился в сторону леса и болот.
— Не знаю, чем смогу вам помочь, - покрутила шлейку сумочки. – Придите к нам завтра, напишите заявление, сможем выделить небольшую помощь, как малоимущим и многодетным. На данный момент больше ничего сделать не смогу.
— И сколько сможем получить? – поставил мне вопрос, почесал большой нос. – Хочется уберечь её от такой компании. Не хватало, чтоб залетела. Позор же на всё село. Она у меня красивая, никуда не ездила, ни с кем не встречается, много читает. Захаживал один кавалер, пришлось с ним поговорить, - стиснул большой кулак. – А так мне спокойнее, если она окажется подальше от дурной компании.
Даже не знала, что ему сказать. Стряхнула с волос лепестки, они красиво завертелись в причудливом танце, пробовали исполнить загадочные элементы, как бы оказались на соревновании танцевальных пар, и каждая хотела победить. Село просыпалось, из домов выглядывали люди и брались за обыденные дела. Трактор дрожал и пыхтел чёрным дымом, на песок летели черные капли. Солнце поднялось над лесом, пыталось разогнать туман и разбудить землю, которая ещё не хотела просыпаться и желала поспать ещё несколько минут.
— Не знаю, - пожала плечами, вытащила каблуки из песка и двинулась чуть в сторону. – Думаю, что не больше пяти тысяч.
— Так мало? – тракторист нахмурился, сердито посмотрел на меня. – На два месяца даже не хватит.
— Сами понимаете, что время такое, - развела руками и вздохнула. – Больше ничем помочь не могу. Ищите разные варианты, многие из села живут в общежитии. Меньше обращайте внимание на разные рассказы. Понимаю, что всякое случается, но не все... - чуть не сказала залетают, но успела вовремя
Попутчицы-распутницы