другого оттенка, - и если бы мне пришлось слушать еще что-нибудь, мне пришлось бы ненадолго присесть.
Она обхватила лицо пальцами. - О Боже, мне жаль. Это уже слишком, не так ли? Это уже слишком. Мне очень жаль.
Я покачал головой. - Все в порядке, Мони. Давай вернемся к машине.
— Ты думаешь, я отвратительная?
— Я так не думаю. - Я продолжал идти, и она поплелась за мной. И снова я попытался не обращать внимания на ее мягкие части тела, которые подпрыгивали, когда она бежала.
— А как ты думаешь?
— Я думаю, ты очень возбуждена. И это случается.
— Посмотри на меня, Джон! - Она потянулась к моей руке, схватила ее, и я развернулся. В этот момент она была на удивление сильной.
Она дрожала. На улице было больше 25 градусов, и она дрожала как осиновый лист. Ее рука, так крепко сжимавшая меня, внезапно обмякла, а глаза стали блестящими, затуманенными. - Я так... - теперь она тяжело дышала. Учащенное дыхание?
— Успокойся, - сказал я. - Все в порядке.
Ее грудь просто продолжала подниматься и опускаться, а подол рубашки задирался к разрезу пупка. Ее желудок сжался. Я положил руку ей на талию. - Мони, все в порядке.
— Мне нужно... - сказала она.
— Что?
А потом ее пальцы оказались на моих щеках, а ногти впились в мою челюсть. Она притянула меня к крошечному гаражу одной из квартир в Бичтауне и прижала мой рот к своим хрупким, влажным губам. Прежде чем я понял, что происходит наверху, а что внизу, ее язык высунулся и прижался к моему. Я чуть не упал, и она притянула меня крепче. Ее ноги широко раздвинулись, и я оказался прижат к ней. Моя сестра приподняла свою грудь и положила ее на меня. - Ты чувствуешь? - выдохнула она мне в рот. - Я так сильно хочу этого прямо сейчас...
Моя рука лежала на ее груди. Я не знаю, кто из нас положил это туда, и она терлась своей промежностью о мой пах. – Это неправильно, - удалось мне выдохнуть.
— Возьми меня, Джон...
Мои пальцы впились в кожу ее попки, а потом она начала тереться. Ее шорты задрались. Она вскрикнула - Ого! Нет!
Мы разлетелись в стороны, как будто нас сбила машина, и я поднял руки над головой. - Ладно, нет. Ух ты.
Ее губа кровоточила, и она смотрела на меня с выражением, в равной степени выражавшим отчаяние и гнев. А потом она убежала.
— Моника! - Я побежал за ней по гулкому переулку, догнав ее только перед очередным комплексом одинаковых кондоминиумов в византийском стиле. - Эй! - Я схватил ее за руку и развернул к себе.
— Мне жаль! - крикнула она. - Просто, блядь, оставь меня в покое!
— Эй! – сказал я. - Успокойся. Все в порядке.
— Это не нормально!
— Ну... - начал я. Я остановился. - Ну, я полагаю, что нет. Но все в порядке.
Моника откинула волосы с лица и с трудом сглотнула. - Я не это имела в виду...то, что я сказала. Я не хочу, чтобы ты...
Большую часть поездки в машине мы провели в молчании, и к тому времени, когда мы добрались домой, уже стемнело, а в гостиной и кухне горел свет, что означало, что мама и папа были дома. Моника выскочила из машины еще до того, как я вырулил на подъездную дорожку, вынудив меня нажать на стояночный тормоз и повозиться с ремнем безопасности,
ПАДШИЙ АНГЕЛ. Часть первая