как Уля вышла замуж, продолжая посещать меня вплоть до рождения первенца. Потом она удачно нашла второго мужа, который полностью занял не только ее мысли, но и лоно. Маша несла своё предназначение, став женой и матерью, соблюдая данные мне обещания до самой моей смерти, которая из-за злоупотребления Виагрой наступила у меня неожиданно скоро.
Но во всех этих вселенных столь значимый и влекущий секс оборачивался какой-то душной обыденностью, мещанством и затхлостью. Казавшееся веселым и значимым общение с девушками неизменно доводило меня до разочарования и безнадёги. Мне не было весело. Неужели все взрослые пребывают в перманентном психозе безысходности? Меня это всё еще решительно не устраивало!
Поэтому отмотав на первоначальную развилку, я забраковал Улю, как шаткий вариант, зарекся подходить к Маше, даже еще пока не зная, где она сидит, и дал себе обещание не связываться с отделом логистики. Решив это, я также постановил больше не приходить на эту работу - денег тут все равно не заработаешь, а несколько жизней потратишь впустую.
Подумав всё это, я довольно потянулся на стуле, откинувшись назад и чуть с него не грохнулся. Чудом избежав унизительного падения, я услышал рядом переливистый женский смех. Он звенел как колокольчик на дуге свадебного автомобиля. Его обладательница, неформалка с серьгой в ухе, черном худи, черных штанах и толстых ботинках, держалась за живот татуированной рукой и наслаждалась моей ситуацией.
В одной вселенной я фыркнул, собрал вещи и больше не видел ни эту девушку, ни эту комнату страданий, ни большинство местных сотрудниц, многие из которых уже побывали в моей кровати еще до обеда.
А еще в одной вероятности я задержался и узнал, что неформалку зовут Анфиса. Она кажется простой, но, чтобы заслужить её благосклонность надо быть кем-то, сделать что-то "реальное" в этой или соседней Вселенной. Тогда для неё общение приобретает какой-то смысл. Это больше чем секс, это единение.
Она не только забавно смеется, у неё необычные взгляды на действительность. Иногда она замирает, будто путешествуя по вероятностям, и тогда мне кажется, что я её теряю, но она неизменно возвращается, такая знакомая и близкая. Мне хочется, чтобы она видела во мне своё предназначение, понимала важность нашей туго скрученных вместе судеб. И я боюсь заглядывать по этой вероятности слишком далеко, и, тем более, выискивать иные альтернативы. Наш секс мог бы быть лучше, но его вполне компенсирует дружба. Она слишком близка, чтобы быть чем-то отдельным.
В этой Вселенной мы следуем выбранным курсом, где-то внутри между нами набирает вес для рождения кто-то чужой, незнакомый. Это страшит нас обоих, как вчерашних детей, но мы верим - это то, что от нас ждет мироздание. Так надо, ибо наши струны не вечны, однажды они оборвутся, может быть вполне нежданно, и кто-то после нас должен будет продолжить набивать старые шишки на новые головы.
И мы предоставим им эту возможность, пусть не благодарят.
Семен и дальше ...