и не дама она замужняя. И потом, когда где-то через час, уже растянув её как следует, так, что по самые яйца загонял... В общем, постанывала только негромко, да когда кончала дёргалась всем телом, и судороги у неё по животу проходили, а хуй мой в ней как будто сжимало что-то... Вот и все эмоции. Глаза закрыты, губка нижняя закушена, в спину мне вцепилась, но - ни крика, только постанывала, когда я в неё спускал... А спускал я каждый раз, когда мы диспозицию меняли. И, что характерно, вынуть она мне не давала - держала, вцепившись ногтями... Так что, после третьего захода, в ней уже хлюпало изрядно. Ну, а я же, всегда от этого только больше завожусь, так что, когда первый угар схлынул, взялся за дело уже осознанно: положил лицом на диван, стал позади на пол, на колени, и... начал загонять со всей возможной амплитудой, так, что у неё из пизды аж выплёскивало!
— Эк!!! Наливай, робяты!
Пауза, бульканье, звон рюмок, чавканье.
— Ну и вот. В этой позе мы задержались надолго - я уже подуспокоился, да и вид передо мной открывался - мама дорогая! Смотрел и смотрел, как от каждого моего удара упруго вздрагивают красивые белые половинки с розовой звёздочкой меж ними... И вот цвет этот, не бежевый, как у Янки, не коричневый, как у других баб - вот он меня и привёл в исступление! Выдернул я хуй, с которого обильно всё стекало, и начал вдавливать в эту её маленькую, розовую звёздочку... Безо всякой прелюдии.
— Бляяяя... Порвал?
— Нет. Повезло. Но едва... Не знаю, как она выдержала? Скулила, правда, громче в этот раз, но деваться-то ей было некуда - я ж её к дивану припёр, и толкал, толкал, толкал... Уже, когда на две трети засунул, она задёргалась сильно, видать совсем худо ей стало... Но я то, к тому моменту, не соображал уже ничего, одного только хотел - засадить до упора и спустить ей туда... Так что, прижал я руками её к дивану, вдавил в него лицом и грудями, и - продолжил пихать! И запихал... Замерли. Я дух переводил, она тихо стонала на одной ноте... Ну, потом дело пошло полегче - стал я потихоньку двигаться туда-сюда, и было это, скажу я вам, таким наслаждением, что... Ну, кто девственную попу хоть раз ёб, тот поймёт!
— Это ты прав, Серёня, однозначно прав! И спасибо, тебе, родимый, за такой подгон на старости лет! Так сладко, как в эту юную, неёбанную попочку, я за всю мою жизнь не кончал...
— На здоровье, Вольфыч!
— Фига! Так это ты Янке жопу первым растягивал!?
— Я, Борюня, я. Ну не Серёге же с Михой! Там дырочка-то была - с игольное ушко не больше. Как она срать-то могла из неё, мне вообще непонятно!? Я аж сам перетрухал, пока первый раз заталкивал! А эти жеребцы порвали бы там ей всё на фиг...
— Ну ты, Серёга... заботливый, бля!..
— Мы - Волковы, Боря, но не звери же! Так-то...
Пауза. Джентльмены пьют и закусывают.
— Ну, а потом?
— Потом я уже не сдерживался особо... Ебал как мне нравилось, на полную глубину, тащился от ощущений...
— А она?
— А что она... Покрикивала она, но мордой в диван, так что, не особо громко. И, когда я спустил, и остановился отдышаться, то бёдра её ещё какое-то время вздрагивали, как будто... продолжалось всё ещё... В общем, вынул я хуй аж с чпоканьем - такой, видать в ней вакуум без меня образовался... Приподнял её от дивана, и стало мне...
Глава 2. Тетрадь Ани