на какой-нибудь член. Он всосал Машину мякотку и принялся теребить языком бусинку клитора. Её бёдра тут же обхватили голову брата. Ляжки сестры плотно сжали его уши, и он перестал слышать происходящее вокруг. Когда в комнату вошла мама, то он этого не услышал. Он мог лишь чувствовать, как сестрёнка чё-то бубнит. Смазка из её пизды стекала по подбородку Васи прямо на простынь.
И тут он подумал, что было бы неплохо покушать у сестрички. Он принялся буравить её клитор носом и собирать из вагины языком её смазку. От этого сестричка ещё сильнее сжала ляжками голову брата и начала извиваться. Тогда он извозил средний палец в луже из её же смазки на простыне и вставил ей в попу. Так сестричку пронзил финальный оргазм, и она начала ритмично сокращать мышцы влагалища.
— Глотай мою кончу, братик, - шептала она, - только не захлебнись в пизде!
И тут её бёдра обмякли, и Вася наконец вывалился из её ляжек. От сильного сжатия головы слух вернулся к нему не сразу. Но голос матери нельзя было не услышать.
— Что ж ты, тупопёздая бестолочь, делаешь, а!? Ты же брата так ляжками задушишь!
— Мама, я же не шею ему бёдрами сдавливала, а голову! Чего кричишь на меня? Мне чтобы кончить, нужно ляжки сжать изо всех сил. Я же не виновата, что под пизду голова брата подвернулась. Сама пиздолиза воспитала, а на меня теперь орёшь.
Сестрёнка, продолжая сотрясаться в оргазмических конвульсиях, всё же слезла с кровати и побежала в ванную подмываться.
— А ты, прикроватный пиздолиз, мог бы и о матери тоже подумать. Сестричку кунячишь каждое утро, мог бы и в мамкину пилотку хотя бы по вечерам тоже иногда заныривать. Проверять языком, как там дела. Не надо ли чего?
— Мам, ну у неё пиздёнка вкусная, молодая, упругая. А твои сорокалетние дряблости могут прийтись по вкусу разве что пенсионерам.
— Ага, вот смотри у меня, Васечка. Эта пигалица однажды тебе шею ляжками свернёт в порыве оргазма, и что мы с тобой делать тогда будем? По травмпунктам разъезжать? Она же на всю голову отбитая. Она же оторва, она же себя вообще не контролирует. Ей лишь бы кончить. А как ты там? Может ты уже задохнулся или захлебнулся в её пизде, её это вообще не колышет.
— Мам, ну чё ты такое говоришь? Сколько ей лизал, и никогда не задыхался и уж тем более не захлёбывался. Я всегда всё глотать успеваю. А если она сквиртует, то мимо рта всё течёт. Ляжки у неё стройные, хоть и сжимает мне голову изо всех сил, так ведь не шею же. Я впервые когда у неё между ножек оказался, так сразу же попросил не сдавливать шею. С тех пор она всегда голову сжимает. А голова у меня крепкая. Так что у нас техника безопасности нигде не нарушена.
— Она же вся извивается во время оргазма. С твоей башкой в ляжках. Не осторожно выгнется или слетит с кровати на пол. И чего с твоей шеей будет?
— Мать, ты ей богу, прям как будто в первый раз что ли. Я же её таз в это время обеими руками обхватываю и кисти в замок делаю у неё на животе. Она если и извивается, то вместе со мной целиком.
— А палец ей в жопу кто засунул? Кисти разомкнул, технику безопасности при проведении кунилингвистических работ нарушил. А техника безопасности, как известно, у нас прописана кровью, пропитана вагинальной смазкой и проплакана горючими слезами. Так ведь, Васенька?
Пионерский лагерь "Юный сексопатолог"