скелету на портрете. Старинный одеколон, или еще что-то подобное...
— Не разбей. - от неожиданности Аня подскочила на месте и чуть не уронила флакон, но Моана быстрым движением выхватила его из воздуха, удерживая двумя пальцами как ядовитую змею, за нижнюю часть горлышка.
— Прости я... Только посмотреть хотела.
— Давай ты все таки не будешь трогать мои вещи без разрешения. Этому сосуду больше четырех веков. - хозяйка коллекции осторожно вернула флакончик на место. - Было бы очень неприятно, если бы ты его случайно разбила или, того хуже, порезалась осколком стекла.
— Больше ничего не трогаю. - Аня втянула голову в плечи, виновато отошла подальше от полок и на всякий случай сцепила руки сзади в замок. Ох уж это любопытство... Она не знала, сколько может стоить четырехсотлетняя бутылочка, но ее карманных денег за год явно бы не хватило. Моана, впервые на памяти Ани одетая в форменную черную "пятерку" чуть выше середины бедер, придирчиво рассмотрела свою коллекцию и, бесцеремонно вытолкав из комнатки московскую гостью, переместилась в основное помещение склада. Девочка опасливо покосилась на плеть, мирно лежащую на кровати, но маори либо не слишком рассердилась, либо не считала порку наказанием, так что просто взяла пару линеров и вернулась к портрету.
Почему-то Аня почувствовала досаду.
— Чем обязана визиту? - татуированные руки островитянки мелкими штришками добавляли в картину деталей, причем, обе одновременно.
— Айла браслет хотела бы поменять на синий... Только зайти стесняется, меня попросила. Так ведь можно?
Моана неопределенно пожала прикрытым футболкой плечиком, сосредоточившись на рисунке. Выдержав вежливую паузу, Аня, наконец поинтересовалась:
— А это кто?
— Барон Самеди. Великий лоа геде. Один из величайших.
Слово "лоа" Ане ничего не говорило, но по контексту она догадалась о сути.
— Кто-то из ваших богов?
— Примерно. - задумчиво отозвалась Моана. - Только не наших и не совсем богов. Ты знаешь что-нибудь про вуду?
— Это где иголками в кукол тычут? Кажется, у тебя в той комнатке лежит похожая, с пуговицами. - Аня почесала веснушчатый нос, вспоминая Габриэля Тоша. - А, еще видеокарты раньше были, "Вуду-2", у нас в классе информатики одна такая лежит.
Моана закатила глаза и вздохнула, но вслух комментировать уровень теологических познаний своей гостьи не стала. Вновь вернулась к портрету.
— Лоа это ду́хи из Мира Снов. Нечто вроде ваших демонов или святых... Одновременно. Большинство даже не обладают разумом, но самые могущественные уступают лишь богам. - Девушка сменила черный линер на красный и продолжила рисунок. - Верования в лоа пришли из Западной Африки на Эспаньолу несколько веков назад, при поздней колонизации. И один из наиболее почитаемых в вуду - Барон Самеди. Проводник мертвых.
— "Кошки. Кошки - это хорошо." - задумчиво продекламировала Аня, наблюдая как в нагрудном кармане баронского сюртука постепенно вырисовываются очертания игральной карты.
Видимо, Моана не читала Прачетта, так что обернулась к гостье и вопросительно приподняла бровь.
— Извини. - чуть смутилась та. - Просто вспомнилось... А Эспаньола это где?
— В русском языке остров больше известен как Гаити. Другой конец мира.
— Очень далеко. - оценила Аня, с опасливым интересом продолжая изучать аборигена Пиратов Карибского Моря. Было в нем что-то из жутковатого веселья киношных корсаров или, скажем, королей-личей в фэнтези-играх. Наверное, гаитянцам было слишком скучно жить, если они выбрали для поклонения... вот такое. - Насколько я помню географию, от вас это ещё дальше. Любишь путешествовать?
— Люблю. - не стала спорить Моана, - Маори... в смысле, люди как таковые, живут не только на нашем острове, мы всегда это знали. А уж сейчас, когда можно попасть куда угодно меньше чем за сутки,
Путь раскрепощения (Главы 1 - 24)