— Мои трусы всегда в засохшей сперме, а Линины я нашла в свежей. К тому же после того, как Саша вышел из её комнаты.
— И из этого ты сделала вывод что они трахаются? — прыснула мамина сестра. — Уж прости, Оль, но детектив из тебя тот ещё.
— А что, по-твоему, в этой ситуации я должна была подумать?! — возмутилась мама. — Что они читали Есенина?
— Оль, — тётя Лена накрыла ладонью мамину руку, — твои дети умные и глупостей точно не наделают. А мокрые трусики... Они растут, и ты радоваться должна что, наконец, подружились. Думаю, они просто дрочат друг на друга и всё. Но не трахаются.
— С чего такие выводы?
— Посуди сама, — пальцы тёти Лены стали поглаживать мамины, которые та не спешила убирать. — Запрет на трах между родственниками прививался обществу веками. Всё из-за того, что от таких союзов рождаются уроды. Сашка с Линкой не дураки и это прекрасно знают. А что дрочат, пусть — это здоровый эротизм. Они в том возрасте, когда нужно изучать противоположный пол. Ты радоваться должна, что они друг другу письки показывают, а не кому-то ещё. Представь, жахнул бы Линкину девственность какой-нибудь Арсен на заднем сидении ржавой бэхи. Узнала бы она что такое оргазм? Нет. Мало того, ещё бы и мужиков возненавидела. Или присунул бы Сашка по пьяни какой-нибудь Свете из общаги. А та, лимита сраная, возьми да залети от него. Вот тебе и невестка новоиспечённая. Этого хочешь? — мама отрицательно помотала головой. — И хорошо, что нет. Ещё раз повторяю, твои дети не дураки и сами разберутся что к чему. Проблем от них не жди.
— Но это же неправильно, Лен, — видно было что мама млеет от поглаживаний сестры. — Брат и сестра...
— Да ты и сама не ангел, — фыркнула тётя Лена. — Вспомни-ка нашего двоюродного брата. Кто предложил раскрутить его на пипиську?
— Ой, Лен, не напоминай, — мама засмущалась и глотнула мартини.
— Как это не напоминай? — усмехнулась её сестра. — Отличный пример эротизма между родственниками. Помнишь, как на даче мы ему дрочили по очереди?
— Минутка позора, — засмущалась мама и выдернула руку из-под ладони сестры. — И, если, по правде, то это он нас раскрутил, а не мы.
— И кончил он, а не мы, — в тон ей повторила тётя Лена. — И прямиком на твоё лицо. Помнишь, как брызгал?
— Да блин, Ленка, я это забыла, как страшный сон, а ты напомнила.
— Но нам же было интересно, — тётя Лена пригубила мартини из стакана. — Многое тогда узнали о мужском организме. А потом помнишь? На диванчике я и ты... кассета с порно...
— Помню, — кивнула мама, — особенно как папа нам навешал за ту кассету.
— Да я не про то, — ладонь тёти Лены вновь нашла пальцы сестры. — Помнишь, как мы кончали под ту кассету?
— Помню, — мама томно закатила глаза. — Это было... ново и интересно.
— Вот о чём я и говорю, — с этими словами мамина сестра встала из-за стола, обошла его и плюхнулась маме не колени. — Здоровый эротизм. Что твои дети, что мы сейчас...
С этими словами она впилась в губы мамы. Та попыталась сопротивляться напору сестры, но быстро сдалась и ответила на поцелуй.
В это время я выполз из комнаты попить воды, сушняк одолел. Иду, значит, на кухню и вижу свет. Думаю, забыли выключить. Поворачиваю за угол, а там картина маслом. Даже застыл в
Берегите свои задницы от подонков