на бок и положив ему свою руку на грудь не удержался и с восхищением сказал. - Какой ты классный. - Он ничего не ответил, просто пожал плечами. Я лег с ним рядом, обнял его и прижался к нему всем своим телом. И чисто физически ощутил, как меня всего начало колотить от волнения и наплыва чувств нервной дрожью и как руки у меня задрожали.
Я лежа рядом с ним, начал на нем расстегивать пуговицы у него на рубахе, где то на уровне его живота, опускаясь всё ниже и ниже. Мои руки от волнения тряслись, как у какого-то алкоголика, и я с трудом расстегивал одну пуговицу за другой, борясь с неодолимым желанием одним резким движением оторвать их все с корнем. И только лишь мысль, что это не моя рубашка, а рубашка моего лучшего друга, заставляла меня, борясь с нервной дрожью в руках, аккуратно расстегивать одну пуговицу за другой.
Он никак не сопротивлялся, но и не помогал мне, просто спокойно лежал и наблюдал, как я расстегиваю дрожащими руками у него на рубахе одну пуговицу за другой и ему этот процесс явно нравился. Расстегнув все пуговицы я обнаружил у него под рубашкой еще и майку, плотно заправленную в джинсы. Я попросил его приподняться и снять с себя рубаху.
А он мне и говорит, - Давай снимай сначала свою, и откинув меня на спину, немного прижав меня локтем к кровати, начал расстегивать пуговицы на моей рубашке. В конце концов мы оказались с ним на равных в полностью расстегнутых рубашках. Тогда сев на кровать, мы начали одновременно снимать с себя рубашки. Он посмотрел на меня в майке и говорит. - Давай майку тоже снимай. Я ему, -А ты, - он кивнул, и снял себя еще и майку, я сделал то же самое. И мы остались с ним сидеть на кровати наполовину голые в одних джинсах и носках.
Он посмотрел на меня и махнув мне рукой, знаком предложил мне раздеваться дальше, после чего сам встал с кровати, расстегнул свои джинсы и снял их вместе с носками и аккуратно сложив, положил их на тумбочку, туда же он положил и свои носки и рубашку с майкой. Я точно так же снял с себя свои джинсы и носки, но я у меня руки тряслись от волнения и я ничего не мог складывать аккуратно, просто кинул всю свою одежду рядом с его, на тумбочку.
И лег рядом с ним на кровать в одних плавках у меня были такие серые, матерчатые трусы типа плавок, а на нем белые боксерах в обтяжку. Мы как-то не сговариваясь не стали снимать с себя еще и трусы. Не знаю как ему, но мне было трудно показать своему новому другу, свой стоящий на него, как палка член. Поэтому мы оба не сговариваясь не стали снимать с себя еще и трусы. А легли на кровать, хоть и почти голыми, но все же в трусах.
Ну и всё он лежал со мной рядом почти голый и я его начал всего тискать, гладить, ласкать, тыкаться носом ему в живот, погружая свой нос в его пупок. Он теребил мне на голове мои волосы, пропуская их сквозь свои пальцы и доставлял мне этим просто охуенное удовольствие. Меня всего при этом пронизывали, сотни и тысячи каких-то иголок, приводя всё мое тело в состояние нервного экстаза.
Я лег на него сверху и начал всего его обнимать, ощущая всем своим телом, теплоту его тела и чувствуя его дыхание и бешеный стук его
Однажды в метро