Кстати, у Сони там была аккуратная прическа. А здесь! Я удивленно поглядел на Бориса, а он как-то скромно потупил взгляд. Но, мало того, когда Тома повернулась, чтобы шагнуть на полок, на ее пояснице я увидел еще одну татуировку в виде крыльев, распахнутых над копчиком. Что-то здесь кроется, подумал я тогда.
— Отдай, дуреха... нахалка, что делаешь? - Тамара, схватила простынку, но укрывать себя не стала, а села рядом с мужем, небрежно прикрыв тканью промежность.
От жары говорить не хотелось. Через несколько минут мы с Соней, изрядно пропотев, вышли в помывочную и с воплями окатили друг друга холодной водой из шайки. О, как это бодрит! Потом постояли под душем и вышли в предбанник, завернувшись в льняные простынки.
Минут через десять из парилки с шумом вывалилась парочка. Они, смеясь и притворно ссорясь, окатили друг друга холодной водой и голышом вбежали в предбанник, хлестая друг друга простынями. В какой-то момент, когда Тамара повернулась к нам задом, в зазоре между ее аппетитных ягодиц мелькнуло что-то похожее на большой кристалл. Или мне показалось?!
Мы с Соней еще раз зашли в парилку, а хозяева, обсохнув в предбаннике, оделись и ушли готовить шашлык. Моя неожиданная партнерша не унималась. Даже в парилке она тянулась губами и шаловливыми пальчиками к члену, ласкалась и напрашивалась на секс. Остудить ее пыл шайкой холодной воды не удалось, поэтому перед выходом из бани еще раз стремительно довел ее до оргазма.
Мы так разгорячились, что вышли из бани в одних простынках. К тому времени сумерки уже сгустились и птичий хор, оглушивший нас сразу после приезда, стих и уступил место трелям соловьев в роще за участками. Романтизм ситуации снова заставил Соню прильнуть ко мне всем телом. Простыни упали к ногам, а от мангала раздались смешки и аплодисменты хозяев дома.
— Эй, там! Еще успеете намиловаться. Поберегите силы. Еще не вечер, – увещевала нас Тамара, в интонациях которой угадывался какой-то замысел на продолжение вечеринки.
Ужинали в беседке. К вечеру стало прохладно и пришлось одеться. Еда предполагала хорошую выпивку и сонин самогон ушел, как вода в песок. Мой Джек уже был на исходе. Алкоголь развязал языки и руки. Томка, которая едва притронулась к еде, запьянела быстрее всех и уже несколько раз предлагала переместиться в дом, как она говорила, «на сладкое». Что она под этим подразумевала стало нам понятно только там в каминной комнате.
Камин изрядно нагрел комнату. На столике пыхтел самовар, распространяя аромат сосновых шишек, тлевших внутри, и заварки из травяного сбора «по Томкиному рецепту». Атмосфера располагала к отдыху. Жара заставила нас с Борькой снять футболки. А барышни, о чем-то перешептываясь, вышли и переоделись в старые выцветшие домашние халатики, едва прикрывшие их ягодицы. Эти старые тряпки тем не менее возбуждали – хотелось разорвать их прямо на теле и грубо взять хозяйку.
— Так, голубки мои, - пьяно заплетаясь в словах проговорила Тома, - у нас для вас сюрприиииз... Так, Боря приготовь видео.
— Вы куда-то съездили? В Дубаи? – поинтересовалась Соня.
— И в Дубаях тоже... Тут не в этом дело. Борь, ты Володьке еще не проболтался?
— Нет. Рассказывай сама.
— Короче! Да будет вам известно, что у нас с Борей новое увлечение. Короче... почти уже два года мы с ним свингуем. Вы знаете, что это? Знаете. Так вот, если вы не против, то сегодня мы тоже можем объединиться... Мы с Борей очень хотим. Да, муж?
— Хотим, хотим!
— Предупреждать надо! – с улыбкой сказал я.
— А я догадывалась о чем-то таком...- Соня пыталась показать свою прозорливость.
После пьянки