— Ты почувствовал это? - спросила она. - Как землетрясение или что-то в этом роде...
Я покачал головой.
— Нет, но я что-то почувствовал... О, кстати, о чувствах... Кажется, теперь твоя грудь принадлежит мне! - добавил я, уже чувствуя себя лучше.
— Да, это так. И я уверен, что тебе будет с ней очень весело.
У нее очень красивая грудь, и я слежу за тем, чтобы о ней хорошо заботились. Хотя, думаю, теперь я могу попросить тебя втирать в нее лосьон, вместо того чтобы самой ухаживать за ней. Кейтлин, казалось, довольно быстро пришла в себя, землетрясение или что-то еще быстро забылось.
— Да, я знаю, каким лосьоном пользоваться! – предложил я, подмигнув ей, полусерьезно-полушутя. - Сначала, я думаю, мне нужно потрогать их руками!
Она снова выпрямилась, без каких-либо возражений демонстрируя мне свою грудь. Вид ее великолепных грудей, полностью обнаженных и представленных мне, доступных для всего, чего я только захочу, сильно возбуждал. Член становился болезненно твердым, наверное, настолько твердым, что мог бы раскалывать бриллианты. Мои руки дрожали, когда я осторожно и медленно потянулся, чтобы прикоснуться к ней. Прикоснуться к невероятно мягким холмикам, обхватить их ладонями, ощутить ее твердый сосок в своей ладони. Я нежно обхватил их, провел по ним руками, затем начал мять ее упругую плоть, массируя ее. Я слышал, как дыхание Кейтлин стало хриплым, когда я позволил своим рукам нащупать эту самую драгоценную часть ее тела, которая теперь принадлежала мне. Затем я потерся о нее лицом, чувствуя, как ее мягкая плоть податлива, и прижался к ней лицом, пока мой рот не нашел ее сосок. Втягивая его в рот, я чувствовал себя невероятно счастливым.
Я был в состоянии сосать восхитительную грудь моей сестры вот так, сколько мне хотелось, когда я хотел. Другая ее часть была полностью моей. Я посасывал ее сосок, массируя грудь руками, и на моем языке ощущался легкий сладковатый привкус. Когда я еще немного помассировал ее грудь, я был вознагражден еще одним легким ощущением чего-то сладкого. Что бы это ни было, это было восхитительно, и это вызвало всплеск удовольствия в моем мозгу. Когда сладость, казалось, исчезла, я попробовал другую грудь. Все это время Кейтлин снова обхватила мою голову руками, прижимая меня к себе, лаская мою голову, пока я посасывал ее мягкую плоть. Ее вторая грудь вознаградила мои поиски еще большей сладостью моей сестры, всего несколькими каплями нектара, которые доставили мне еще один прилив удовольствия. Я смутно заметил, что моя сестра потирает бедра друг о друга и тихо постанывает от удовольствия, когда я массирую языком ее сосок, время от времени нежно покусывая его зубами, вызывая у нее тихие вздохи.
Понимая, что ей может понравиться чуть менее нежное прикосновение, я позволяю другой руке сжать другой ее сосок, перекатывая его между пальцами, слегка пощипывая. Ровно настолько, чтобы она застонала и ахнула, не желая переусердствовать. Другая моя рука почти по собственной воле легла на бедро Кейтлин. Я чувствовал такую потребность в ней, такой голод, мне нужно было быть внутри нее. Мне пришлось бы сопротивляться этому, если бы мы заключили еще одно пари, но, конечно, я мог бы потратить еще минутку на то, чтобы приласкать мою прекрасную сестру, провести руками по тому, что принадлежало мне, становясь мучительно близким к тому, в чем мне было пока отказано.
Моя рука раздвинула ее бедра, хотя я ясно чувствовал, что она хочет продолжать тереть их друг о друга, пытаясь, возможно, получить достаточную стимуляцию, чтобы, наконец, испытать сладостный оргазм, не заходя так далеко,
Брат, сестра и карты. Часть 13