сторону, то в другую, не отводя взгляда от лица Алины, я чмокнул её ножки через капрон чулок, продолжая гладить животик руками. Моя любимая тащилась, приоткрыв ротик постанывала, легко егозила спинкой и попкой по простыне. В её взгляде выступало сильное желание, чтоб я удовлетворил её.
И я знал, чего больше всего любит она. Отъехав ногами назад, и лежа на кровати животом, я опустился головой между ляжек Алины. Посмотрел на промокшие кружева, насладился запахом её выделений, чмокнул нежно киску сквозь трусики. Своими бёдрами, лежащими у меня на плечах, Алина легонько сдавила мою голову, и я своими горячими от возбуждения ушами почувствовал прикосновение кружевных резиночек.
Отодвинул пальцем трусики. Влажные от смазки бугорки больших половых губ Алины уже разъехались и пропустили меж себя малые, тонкие, болтающиеся лепестки малых губок, возбуждённых так, что с них свисали капельки течки. Розовенький кончик клитора лишь намекал о своём присутствии, стараясь выглянуть из-под складок капюшона. Он так нежно выглядел, что грех не воспользоваться моментом и прижавшись к киске немного приоткрытыми губами я чмокнул его. Чмокну, а потом стал вылизывать. И не только клитор, а все пространство между ножек моей любимой Алины.
Слушая как тяжелее и тяжелее становится дыхание супруги, как начинают елозить по моей спине её ступни, царапая её острыми углами каблуков, я чувствовал как растёт возбуждение моей беременной жены, поэтому из сначала слабого, нежного лизания языком, его движения становились всё быстрее, твёрже, нажатие на клитор всё настойчивее и сильнее.
Просунув ладони под попку Алины я чуть приподнял её и лизнул кончиком языка шоколадную дырочку её попки. Мне показалось, что вход в попку уже довольно расслаблен и я попытался напрячь язык и войти им неглубоко в попку.
Но мне это не удалось. Анус Алины всё ещё был сжат. Поэтому я обслюнявил указательный палец и стал вводить его в попку. Сам же стал вылизывать любимой клитор. В момент, когда мой палец резко, на всю длину погрузился в попку Алины, а клитор оказался сдавлен моими губами и немного засосав, моя любимая, громко взвыв кончила.
Она положила руку в перчатке на мою макушку и вдавила меня лицом себе в промежность. Она дергала своим огромным животиком, обильно текла из раскрывшейся писечки и стучала босоножками мне по спине. Радуясь, что доставил Алине наслаждение, я продолжал лежать, со стиснутой головой между её ляжек и глотать течку потоком, струящуюся мне в рот и ноздри.
Вылизывая Алине киску, я высоко выпятил свою попу вверх, чтоб не кончить, от трения о простыни членом, хотя он был обтянут плавками и без этого изрядно возбуждён. Ещё несколько минут Алина тащилась, постанывала, дёргалась, возвращаясь в привычное состояние после оргаза. Очнувшись, мы вдруг оба услышали цоканье каблуков полусапожек Светы. Она вошла в спальню. На ней не было ничего, кроме золотых украшений, коротких чёрных кожаных перчаток и полусапожек, в которых она пришла к нам. В одной руке она держала свою маленькую сумочку, с которой пришла к нам, во второй руке был букет цветов, подаренных ей мною. Ярко красные губы, темно фиолетовые тени, стрелки на глазах. Этакая хищница.
— Т-а-а-а-к! Я вижу вы тут без меня уже неплохо озорничаете.
— Да Светик, - подтвердила Алина. – Надеюсь ты не в обиде.
— Что ты, подружка. Ведь у тебя сегодня День Рождения. Я не могу на тебя обижаться. И на рогатика твоего тоже. Ведь у него такая сладкая попка, - положив сумочку на кровать Света звонко шлёпнула меня по ягодице и начала мальцами мять её. – Сладкая попка, хорошая попка.
Получив шлепок, я рефлекторно попытался подняться.
Панель. Машка. (ч.10) (Продолжение)