посмотрела на своего бойфренда. Тот вынул руку из Маринкиных недр и хотел было облизать, но Танька перехватила блестящую от влаги ладонь и слизала все подчистую.
— Это мой десерт, — промурлыкала она, оставив мальчика ни с чем.
— Не кончил еще, онанист несчастный? — поинтересовалась Таня. Она встала и пошла на Глеба, залезла на него и медленно наделась ему на хуй, толкнув его в плечо, чтобы он лег на спину. Марина не сговариваясь оперативно села своей киской ему на лицо, повернувшись в сторону Тани.
— Как ты там говорил? Трахни меня? — спросила Маринка, ерзая по рту Глеба, — Сейчас мы тебя трахнем, дорогой. И она прижалась к его рту, а он начал лизать ее с упоением, двигаясь в такт с Танькой, которая скакала на его члене. Маринка терлась всей своей промежностью о его рот и нос, ощущая его небритость у себя внутри. Руки девчонок скользили по сверкающим от пота телам друг друга, комната наполнялась голосами, звуками и томными придыханиями. Видимо начав задыхаться под Мариной, Глеб ускорился, двигаясь в Тане, что тут же ее подстегнуло и она начала менять ритм, вставая и то медленно, то с размаху, насаживаясь на его хуй. Сия картина завела Маринку, которая практически засосала в себя целиком все лицо Глеба и начала кончать, вспоминая маму, господа Бога и одновременно черта. Танька подхватила эстафету с победными криками, сотрясаясь всем телом и хватая Маринку за сиськи. Глеб кончал в пизду Таньки, глухо мыча в пизду Маринке. Когда оргазмическая агония в кубе исчерпала себя, все трое распластались по кровати, разбросав свои чресла друг на друге.
— Блиииин, меня же такси ждет, все, чао, голуби мои похотливые, — крикнула Танька и сорвавшись с места, стремительно влезла обратно в свою одежду и исчезла так же внезапно, как и появилась.
Спокойной ночи, малыши!