затем сказал: - Нет, я думал, что ты уже это сделал. Я знаю, что Джули в затруднении, потому что она сказала, что ей нужен высокий спортивный мужчина-модель, который бы контрастировал с невысокой пухленькой женщиной-моделью, и что это действительно помогло бы ей. У меня нет с этим проблем. Я поддерживаю Джули, как могу, и ты, очевидно, подходишь ей.
Я собирался сказать больше, но, учитывая, насколько безразлично он отнесся к этому, я решил не будить спящую собаку. - Хорошо, я просто хотел посоветоваться с тобой, прежде чем соглашаться. - Затем один из бегунов попытался выиграть у хозяев поля, чем привел в восторг всю толпу в спорт-баре, и остаток вечера мы просто говорили о спорте.
На следующий день я сказал Джули, что не против поработать моделью на ее занятиях, если это не помешает моим занятиям. Она пообещала, что этого не будет, а затем шокировала меня до чертиков, притянув мою шею к своему лицу и быстро поцеловав в губы. Я был совершенно сбит с толку, когда мой маленький солдатик попытался отдать честь, но, к счастью, она ничего не заметила, и мне удалось утихомирить его.
***********
Я очень нервничал, одетый только в халат, ожидая, когда в среду в 8 утра начнется "Рисование портрета". В классе было два уровня полусферических зон перед псевдостендой, с мольбертами, расположенными вдоль каждого уровня. Всего двадцать четыре мольберта. На лицах всех учеников было нетерпеливое выражение.
Джули провела небольшую презентацию, прежде чем мы начали. Она особо подчеркнула, что это не сексуальное, а художественное мероприятие, и дала несколько советов о том, как действовать дальше. В завершение своего выступления она зачитала цитату из Андреса Лумиса (я понятия не имел, кто это был, но позже Джули объяснила мне, что он был известным иллюстратором, коммерческим художником и писателем первой половины 20-го века и разработчиком "Метода Лумиса", что бы это ни значило).
— Обнаженная человеческая фигура должна служить основой для любого исследования фигуры. Невозможно нарисовать фигуру в одежде или драпировке, не зная структуры и формы фигуры под ней. У художника, который не может правильно сложить фигуру, нет ни одного шанса из тысячи на успех - ни как у рисовальщика, ни как у живописца.
— Хорошо. Это имеет смысл, - подумал я про себя. Затем она действительно представила меня по имени:
— Это мой деверь Блейк Бернс. Если вы не возражаете, Блейк, пожалуйста, займи позицию, о которой я тебя просила.
Сняв халат, я начал подниматься в положении стоя. Жаль, что я не мог начать в какой-нибудь другой позе - например, на знаменитой статуе Родена "Мыслитель", - потому что в положении стоя мой член и яйца были хорошо видны, и каким-то образом обстоятельства заставили мой член слегка затвердеть, хотя, к счастью, не полностью. Первые несколько минут было действительно тяжело - особенно когда я смотрел на широко раскрытые глаза некоторых студенток, - но через некоторое время я перестал краснеть и смог сосредоточиться на различных неодушевленных предметах в комнате.
Поскольку это не трактат о художественном моделировании обнаженной натуры, я воздержусь от дальнейших разговоров об этом, скажу только, что мне было приятно, что 75 долларов за трехчасовой сеанс были выплачены наличными из благотворительного фонда художественного факультета, и я получил массу улыбок от студенток в обоих классах, когда Джули и я отправились на занятия. Я (одетый) проверял их работу в конце второго занятия каждого класса.
Одна вещь меня встревожила. После второго занятия продвинутого курса, одевшись, я искал Джулию и неожиданно наткнулся на нее, когда она разговаривала с Симоной - женщиной-профессором, ассистенткой которой она была,
Мужик и черт