— Послушай. Мы будем рады видеть тебя здесь столько, сколько ты захочешь, хорошо? Я думаю, ты это знаешь. Я рассказала маме, что ты сильно поссорилась со своим отцом и что он был упрям и несправедлив в чем-то. Очевидно, никто из нас не знает подробностей, но она знает, что ты на самом деле уравновешенная и не реагируешь слишком остро, в отличие от меня.
Я посмотрела на нее, и она улыбнулась. Я улыбнулась в ответ. Лариса была замечательной, удивительной женщиной, а иногда и невероятно эмоциональной. Я много раз была рядом с ней, когда она ссорилась с родителями, или меняла друга, или переживала тяжелый разрыв отношений. Она никогда не была иррациональной или что-то в этом роде, ей просто нужен был кто-то, кто утешил бы ее и показал перспективу. Думаю, сейчас она пыталась отплатить мне тем же. Я оценила это. Она заговорила снова, на этот раз тише.
— Ты хочешь поговорить об этом?
Я хотела. Я действительно хотела, но у меня никак не получалось. Наконец я заговорила.
— Я... я не могу. Прости... это просто слишком... слишком...
Слишком личное. Слишком. Слишком постыдное. Слишком секретное.
— Послушай, Элли. Не извиняйся, ладно? Я не собираюсь давить. Я просто знаю, что, что бы ни происходило, это действительно серьезно. Возможно, даже больше, чем мои мама или папа могли бы предположить. Я знаю, что ты очень любишь своего папу, и я знаю, что он тоже любит тебя, но я никогда раньше не видела, чтобы тебе было так больно. Я даже представить себе не могу, что ты, должно быть, чувствуешь. Я не буду давить.
— Спасибо, - сказала я. Мой голос был таким слабым и невнятным. Я чувствовала себя бесполезной маленькой девочкой. Возможно, так оно и было.
— Я перестану приставать к тебе через секунду, я просто... тьфу. Я хочу, чтобы ты помнила, кто я, хорошо? Мы друзья, и ты доверяешь мне, а я доверяю тебе. Это не изменится. Но я хочу, чтобы ты знала, что я помню те времена, когда ты была рядом со мной. Особенно в самые тяжелые моменты. Помнишь...в прошлом году, когда я подумала, что, возможно, беременна. Я была в панике, думала, что моя жизнь кончена, что все рушится. И...он ясно дал мне понять, что это был просто секс, и его больше ничего не интересовало, поэтому я чувствовала себя такой одинокой. Возможно, ты не помнишь всех наших разговоров, но я помню. Ты была такой заботливой и спокойной. Ты сказала мне, что поддержишь меня, независимо от того, что я захочу сделать, и даже сказала, что поможешь мне посидеть с ребенком, если до этого дойдет. Конечно, в итоге я не забеременела, но к тому времени, когда я узнала об этом, я уже чувствовала облегчение. Я знала, что все будет хорошо, потому что ты будешь рядом со мной. Я просто хочу, чтобы у меня была возможность быть рядом и с тобой тоже. Так что, если тебе когда-нибудь захочется поговорить, помни, что я никогда не обману твоего доверия, хорошо? Несмотря ни на что.
Я ничего не могла поделать, и только кивнула. После этого мы некоторое время просто разговаривали ни о чем, а потом вместе посмотрели телевизор. На следующий день я пошла с ней в школу, а когда вернулась домой с Ларисой, то с удивлением обнаружила, что ее мама и папа более или менее просто предположили, что я останусь с ними на следующую неделю или около того. Они не придавали этому большого значения и не заставляли меня делиться с ними,
Наваждение