— Ага, - только и ответила та. – Не приходи больше.
Ворота тихо закрылись за ней на электронный замок. Ворота в прошлую жизнь. Никто ее там не ждал. Она отошла на несколько шагов, постояла и села на корточки. Чертила каракули веткой на обочине, размазывая свои капающие слезы. Вскоре рядом с ней остановился автомобиль, охранник раскрыл дверь и ждал ее. Потом поднял ее за локоть и усадил внутрь. Девушка не сопротивлялась.
Она прошла мимо него в дом, как мимо стекла. Но это совсем не имело никакого значения: он будто ожил после смерти. Он еще посидел на шезлонге, допил водку и поплелся в дом.
Позже, в ее поисках Андрей спустился в подвал. Она лежала в позе трупа, со сложенными на животе руками на бильярдном столе. Увидев его вздохнула, медленно встала, демонстративно спустила шорты с трусиками и, повернувшись, легла грудью на стол, раскинув руки и расставив ноги. Парня охватила сперва ярость, а потом смех. Да, он понимал, у нее было горе, но это горе не ожидало жалости. Это горе желало мести. Оно издевалось. И это не было покорностью. Поэтому, подойдя, он звонко ударил ее по попе. Она вскрикнула и вскочила, а он обхватил ее, зажал и поцеловал. Она укусила его за губу, но он стерпел и с силой втянул в себя ее губы. Когда Эля перестала дергаться, он выпустил ее, засмеялся и пошел наверх.
Дня три она провела в бильярдной...
Зайдя утром на кухню, он обнаружил ее у плиты что-то жарившей.
— А меня угостишь? – как ни в чем не бывало он.
— Посмотрим, - в тон ему она.
Он чмокнул ее в затылок и поспешно отошел. Мало ли... Эля не отреагировала.
— Поговорим? - садясь за стол Андрей.
Она промолчала, продолжая манипуляции на плите. Он вновь повторил то, что твердил ей не раз: им суждено быть вместе, он не отпустит ее, так решил и ему безразличнее её мнение. Она повернулась и тихо поставила на стол сковородку. Конечно, с омлетом. Хорошо, что не разбила о его голову, саркастично подумалось ему.
— Мне полагается? – с иронией, нацелившись вилкой на еду. Она равнодушно дернула плечом.
— Что думаешь? – откинувшись на стул и насмешливо глядя на неё.
Она размышляла, это отражалось на ее лице.
— Ты запрешь меня здесь навсегда? – наконец, выдохнула девушка.
— Могу. А нужно? – ухмыльнулся Андрей.
— Здесь с тоски сдохнуть можно, - процедила в своем стиле.
— А что бы ты хотела? Чем заниматься?
— Так... Жить...
— Ты можешь очень хорошо, даже замечательно жить. Здесь. Что про учебу не спросишь?
— Про учебу?.. Ну, нас обещали в парикмахеры или в маникюрши запихнуть. Мы и в колледж ходили посмотреть... Еще в маляры...
Он просмеялся.
— В маляры не обещаю. Подумаем, куда тебя определить.
Она мыла посуду, когда он подошел поцеловать ее, уезжая. Обнял сзади, сильно сдавив руками и вдыхая запах ее волос. Развернув, как можно нежнее поцеловал в губы. Девушка уперлась в его грудь, отстраняясь, но парень все теснее прижимал ее к себе.
— Я не люблю тебя! – тихо проговорила она, отстранившись. – Я не хочу...
Выходя он бросил:
— Полюбишь... Привыкнешь.
Весь вечер Эля пыталась дистанцироваться от него, уходя при его приближении. Он все же поймал ее в доме, протянул руку: «Пойдем!». Вскинув голову, она застыла на месте, но, постояв, все же подала свою ладонь.
Он осторожно раздел ее, скинул свою одежду. Уложил на спину и припал к ее губам. Она дернулась, но он так успокаивающе поглаживал ее тело, пока девушка не затихла. Его руки легли на ее
минетчик вафлентин