фантастическим. Когда она упомянула о том, что хотела бы поехать со мной в Сидней, я рассказал ей о том, что мы могли бы остаться в Аделаиде, а кто-то из моей семьи присоединился бы к нам. Ее лицо просияло, и она чуть не расплакалась, когда я, наконец, сделал ей желанный подарок. Было еще слишком рано делать предложение, учитывая, что формально я все еще был женат, поэтому я купил ей великолепное ожерелье и браслет в комплекте. Она сразу же надела их и прошептала, что будет надевать их так часто, как только сможет.
После того, как мы плотно пообедали, ее отец предложил мне пива, и мы отправились в его гараж, где у него стояла старая спортивная машина, снятая с колес.
— Я давно не видел Дженни такой счастливой, Марк. Часть меня думает, что отъезд из Аделаиды пошел бы ей на пользу. Но ты был бы рад остаться здесь навсегда?
— Я бы остался здесь ради нее, а мои дети переедут сюда, чтобы быть поближе.
— Как скоро ты сможешь оформить развод?
— Самое большее, несколько месяцев. Я с самого начала был честен с Дженни во всем.
— Я так понимаю, она вела себя с тобой непристойно?
— Да. Возможно, около полугода, хотя конкретные доказательства у меня появились только за последние несколько недель до того, как я выдернул чеку.
Он покачал головой.
— Черт, я читал обо всей этой чепухе с мошенничеством. Зачем вообще жениться, если ты не можешь держать ноги сомкнутыми или свой член в штанах?
— Слышал когда-нибудь о куколдах? — Судя по выражению отвращения на его лице, он прекрасно знал, что это такое. — Да. Не уверен, что Кайли имела в виду именно это, но это одна из новых фиглярских штучек. То же самое со всеми этими полиэтничными людьми и желающими открытых отношений, чтобы они могли изменять, сохраняя при этом чистую совесть. Честно говоря, если бы моя жена попросила меня о чем-то подобном, я бы в итоге оказался в тюрьме. Сколько неуважения в том, чтобы просить кого-то об этом.
— Бывший муж Дженни и изменял, и жестоко обращался с ней.
— Что?
Он положил руку мне на плечо.
— Она едва ли знала об изменах, потому что там было насилие, от которого ей нужно было убежать. Но он трахал все, что имело сиськи и пизду. Она просто не упоминала об этом, потому что насилие было тем, с чем она имела дело ежедневно. — Он сжал мое плечо. — Она любит тебя, Марк. Только не разбивай ей сердце. Пожалуйста, я не уверен, что смогу выдержать еще один такой звонок от моей маленькой девочки.
Он отхлебнул из бутылки и, отведя взгляд, тихо добавил:
— Я чуть не убил его, Марк. Он причинил боль моей маленькой девочке. Единственным человеком, который помешал мне убить его, была она. Она не хотела видеть своего отца за решеткой.
— Я люблю ее больше всего на свете, папа. — Он улыбнулся, уже называя меня "сыном". — Мне самому было очень больно, так что мы оба несем раны в наших сердцах и душах. Мы помогаем друг другу.
Мы просидели до позднего вечера, и моя дочь отвезла нас домой, так как я слишком много выпил. Вернувшись в свою квартиру, дети отправились спать, а Дженнифер потащила меня в нашу спальню. Толкнув меня обратно на кровать, она стянула с меня шорты и нижнее белье, сбросила трусики, а затем забралась на меня, чтобы оседлать мой член.
— Лучший способ закончить Рождество, — стонала она, — кончать на твой член, пока ты наполняешь меня
Ночевка в общаге(Наполненный спермой)