уверенности в том, что я могу быть более авантюрным. Пока я облизывал и посасывал ее клитор, мои пальцы исследовали его. Они блуждали по всей ее пизде.
Я лизал и сосал ее клитор так, словно от этого зависела моя жизнь. Вскоре мой палец был покрыт ее соками, и она была мокрой. Я засунул еще один палец рядом с первым, удвоив их количество, которое проникало в пизду Мэри.
— О, черт, как это приятно, — стонала она, когда я проникал пальцами все глубже в ее пизду.
Я двигал пальцами внутрь и наружу, то проникая, то вытаскивая их из тисков ее тугой пизды. Я трахал ее пальцами всего несколько мгновений, когда она издала протяжный вздох, и их залило влагой.
Теплая, густая, гладкая жидкость покрыла мои пальцы и потекла вниз от разгоряченных похотью срамных губ Мэри к ее очку. Я наблюдал за тем, как влага серебристой нитью стекает по расщелине её попы.
Прошло совсем немного времени, и белое одеяло под задницей Мэри потемнело там, где с нее капала жидкость. Её аромат был потрясающим; я вытащил пальцы из тугого желобка любви и понюхал свои пальцы. Они пахли чудесно. Осторожно я попробовал эту влагу. Как только она оказалась у меня на языке, моя голова взорвалась от вкусовых ощущений. У нее была самая фантастическая текстура и вкус, и с этого момента я стал от неё зависим.
Я обсосал свои пальцы, но мне нужно было еще, и я решил попить прямо из колодца. Я опустил голову между бедер Мэри; и глубоко вдохнул, вдыхая мускусный запах ее киски. Я сильно прижался лицом к пизде Мэри и стал лизать ее, проникая языком глубоко в её влагалище. Вскоре мое лицо было мокрым от ее соков. Я понял, что попал в точку, когда почувствовал, как Мэри задвигалась подо мной, ее задница приподнялась над кроватью, а бедра обхватили мою голову.
— О, ебать, да, да, да... — рычала она, пока я "ел" ее, — Ты такой хороший пиздолиз!
Чем громче она говорила, тем больше я "ел" ее, тем больше лизал, тем больше сосал, целовал и слюнявил. Ее слова подталкивали меня к новым вершинам.
— Ох, бля, дамы будут стоять в очереди, когда узнают, как ты хорош в этом деле, — хихикнула она.
Я погрузил язык в нее еще глубже, вылизывая, посасывая и целуя ее пизду изо всех сил. Я менял углы, менял темп, менял силу, и каждое изменение вызывало стон или хрюканье.
— Трахни меня, как хорошо, еби меня языком... ох, еби... ДА... — стонала она, когда я широким кончиком языка проводил по влажным канавкам ее пизды.
Мне действительно начинало это нравиться, чем больше я это делал и чем больше возбуждалась Мэри, тем больше я понимал, что секс и занятия любовью — это больше отдача, чем получение.
По гортанным стонам и глубоким вздохам я догадался, что ей это очень нравится, и это побуждало меня лизать быстрее и глубже, водя языком и делая им широкие глубокие движения. Я впитывал ее соки, и, Боже, мне это нравилось! Вскоре все ее тело задвигалось, приподнимаясь с кровати. Комната наполнилась ее стонами, стонами и вздохами. И, о да, некоторые из них были моими!
Я попытался отстраниться от нее, но ее рука схватила меня за затылок и прижала к себе. Я лизал вдоль губ ее киски, пока мой язык не коснулся ее клитора, и я сосал и лизал его изо всех сил. Ее стоны становились все громче и глубже, пока я лизал её пизду. Ее соки стекали по моему подбородку, и всё лицо
Десять писем. Часть I. Письмо третье