друзей, словно ища поддержки, но Маша уже достала из трусов его член. Ни говоря ни слова, она взяла головку члена в рот, а его руку, что ещё недавно зажимала ей рот, положила себе на затылок.
Костя в такт её движениям начал аккуратно гладить её по волосам, как вдруг она остановилась, вынула член изо рта и взглянула на парня.
— Что ты меня гладишь, Костик? Ты меня насилуешь сейчас или что? Возьми за волосы и насади себе на член!
Парень открыл рот от удивления (хорошо, что под маской этого не было заметно), но быстро пришёл в себя и выполнил команду. Его крепкая рука заставила женщину полностью насадиться на его член. Его головка упёрлась ей в глотку и после небольшого сопротивления проникла внутрь.
Маша упёрлась ему в бёдра, но было видно, что сопротивляется она лишь для вида. Однако, и этого Косте хватило чтобы возбудиться почти до безумия. Он трахал глотку своей преподавательницы против её воли (или нет?) со всем остервенением. Не прошло и десяти секунд, как он разрядился прямо внутрь. В этот момент он расслабил руку чтобы дать ей возможность отстраниться, но она замерла с его членом во рту, не давая ни капле выскочить наружу. Лишь когда яйца его полностью опустели, женщина отпустила его «инструмент» и отшатнулась, вытирая слёзы вперемешку с остатками туши с лица (хорошо, что в темноте этого не было видно). Снова образовалась небольшая пауза.
— Лёша, подсказка. Если бросить меня на вон тот стол, то тебе будет удобней стащить с меня джинсы.
— Э... - Парень попытался аккуратно поднять женщину с пола за плечи.
— О, Господи! – Маша закатила глаза. Её уже снова загоралось похотью, она безумно хотела жёсткого секса, она жаждала ощутить в себе крепкий молодой член, а эти трое размазывали сопли. – Да схвати ты меня за волосы уже и потащи, вы же меня насилуете, а не зачёт получаете!
Лёша аккуратно взял прядь волос преподавательницы и потянул, но та перехватила его руку, положила полностью себе на голову и сжала.
— Жёстче играй, Лёха! Что за балет?!
Парень послушался, схватил Машу за собранный на затылке хвостик и поволок её к столу. Впрочем, она сопротивлялась лишь для виду и засеменила сама чуть ли не быстрее чем парень её волок. Лёша бросил её грудью на стол (ну как «бросил» - слегка толкнул, дальнейший её полёт удивил бы даже Станиславского, наверное), задрал пальто и завозился с машиными джинсами. Наконец, он справился с ними, обнажив её тренированную накачанную попу в кружевных трусах. Когда он начал их пытаться как-то снять, Маша опять не выдержала.
— Да не возись ты! Сдёрни уже! Если надо – порви! И голову мою прижми к столу, а то вдруг я вырываться решу!
Лёша резким движением дёрнул трусы вниз. Ткань затрещала, но выдержала. Другой рукой парень прижал женщину за верх спины к столу и завозился сзади, пристраиваясь.
— Только дырки не перепутай! Снизу иди. Да. Ого! Да, да, дааа! – его член вошёл на всю длину в истекающее соками её лоно, вызывая в женщине давно забытые ощущения. А заодно Маша поняла, почему у Лёши было такое странное прозвище – Болт. Было даже немного больно от размеров того «болта», что сейчас ритмично орудовал в её «гайке». Но, её дикое возбуждение позволяло ему скользить в ней без существенного дискомфорта.
— Да, Лёша, да. Давай сильнее! Жёстче! Олег... ах... Олежек... руки мои... руки держи... крепче... Прижми... сильнее... дааа!
Олег, обойдя стол схватил её руки и тоже прижал к столу. Распластанная по поверхности, прижатая мужскими руками к
падчерица