меня. Она снова посмотрела на меня, а в ее глазах плясали восторг и похоть. Она продолжила двигаться. - О, Боже, да. Мне нравится идея о том, как мы будем трахаться втроем. Я хочу, чтобы моя сестра вернулась в мою жизнь каждый день, и я хочу, чтобы она была в твоей...
Я не собирался кончать, но мама, безусловно, была готова, в очередной раз. Она еще больше откинулась на стойку и продолжала двигаться вверх и вниз, прикрыв глаза и прикусив губу. Она издавала стонущие звуки, пока не задрожала и громко не вздохнула, кончив на мой член и намочив пол. Она вздрогнула и захныкала, склонив голову набок, закрыв глаза и все еще прикусывая губу. Мама, наконец, расслабилась, открыла глаза и улыбнулась мне.
— Иногда я задаюсь вопросом, не помешана ли я на оргазмах, - тихо сказала она, и ее улыбка была почти застенчивой. - Я обходилась без оргазмов, предоставляемых кем-либо другим, недопустимо долгое время, но, клянусь, я могла бы с радостью испытывать оргазмы весь день. Я чувствую себя так чудесно к тому времени, как ложусь спать.
— Я сделаю все, что смогу, мам, хотя я не уверен, что даже молодое мужественное мужское тело сможет выдержать такой уровень оргазма, - сказал я, удерживая себя внутри нее, чувствуя, как ее киска все еще трепещет вокруг меня. - Я заставлю тебя кончать, даже если мой член не всегда будет задействован.
— Такой послушный маленький мальчик, - вздохнула она, притягивая меня к себе для глубокого поцелуя. Она еще несколько мгновений поерзала на моем члене, прежде чем отпустить меня. Я отступил, и мама захихикала, увидев беспорядок, который она устроила на полу и который стекал по нашим ногам. - Я принимаю твое предложение, чтобы мама кончала как можно чаще.
Мама нашла в холодильнике яблочный пирог и объявила, что это ее обед. Я решил перекусить тайской едой, оставшейся со вчерашнего вечера. Мы оба набросились на еду, и я с изумлением наблюдал, как мама уничтожила весь пирог. Я знал, что она может есть, но, черт возьми.
Она посмотрела на меня после того, как отправила в рот последнюю вилку. - Что? - спросила она, пережевывая яблочную массу. - Ты думаешь, мы, девочки, едим все самое вкусное, когда мальчики не смотрят? Нет, мы едим, как вы. Мы едим, как гигантские жирные гиппопотамы, а потом тренируемся как сумасшедшие, чтобы наши задницы не стали большими. Я бы и сама съела гигантскую салями.
— После того, как ты ее съела, - добавил я, указывая на нее вилкой.
— Ладно, ты довел меня до этого, после того как я все испортила, - призналась она, ухмыляясь. - Но поскольку у нас с тобой новое взаимопонимание, Аарон, я чувствую себя свободной от каких-либо ограничений в отношении своих привычек в еде в твоем присутствии.
Я пожал плечами. - Думаю, пока ты не превратишься в Эла Банди, я не против.
Мама хихикнула. – Что? Сидеть на диване, засунув руку в штаны, рыгать и издавать длинные, раскатистые пердежи? Неееет, я все еще леди. Только не в том, что касается еды и алкоголя.
— Я никогда не понимал, какой тусовщицей ты была, мама, - рассмеялся я. - Жаль, что я не знал тебя в старших классах.
— О, тебя бы трахали весь день, и каждый день, - просто сказала мама, счищая яблочную массу с формы для пирога, покрытой фольгой. Она даже не потрудилась воспользоваться тарелкой. - Твои мама и тетя были самыми заядлыми тусовщицами в школе.
— Немного грустно, что ты продолжала конфисковывать и выбрасывать мою
Фантазия ?1