С Людочкой мы познакомились, при благоприятном стечении обстоятельств просто в магазине "Пятерочка". Стали встречаться. Наша дружба крепла день ото дня и в дальнейшем, как это нередко бывает, постепенно переросла в настоящую любовь. Вскоре, я был приглашён к ней домой на ужин, где в домашней уютной обстановке, в просторной квартиры на проспекте Луначарского, познакомился с её мамой.
Надежда Михайловна, так звали маму Людмилы, была полновластной хозяйкой в доме и не терпела никаких возражений. Ей было сорок лет. Рано овдовевшая, после смерти мужа, она так и не вышла повторно замуж и это внутреннее одиночество, оставляло свой отпечаток на манерах поведения и чертах её характера. Некоторая полнота, свойственная женщинам этого возраста, придавала её внешности внушительный и величественный вид.
Но это был всего лишь вид... Во время нашего знакомственного рукопожатия, я как то сразу почувствовал всю слабость этой, казалось, сильной духом женщины. Её тёплая рука оказавшись в моей, стала вдруг трепетной и податливой, а когда встретились наши взгляды, я заметил искорки вожделения в её глазах и почувствовал насколько страстно, она пылает своей, ещё до конца нерастраченной любовью. Мои предположения оказались безошибочными.
Наше общение с Надеждой Михайловной, завуалировано подчёркивало её неподдельный интерес ко мне, как к мужчине и определяло дальнейшие отношения, в которых я так же не был безучастным.
Оценивающим и пытливым взглядом, украдкой, я рассматривал маму Людмилы, замечая в ней то, что меня привлекало и сексуально возбуждало. Меня интересовало в этой женщине всё, до мельчайших подробностей, её бельё, запах, тембр голоса и вскоре, я поймал себя на мысли, что хочу её, как женщину. Меня не пугала, ни огромная разница в возрасте, составляющая почти двадцать лет между нами, ни то, что в случае нашей свадьбы с Людмилой, а это входило в мои ближайшие планы, Надежда Михайловна, по праву будет считаться моей тёщей... Эта мысль окончательно засела у меня в голове, требуя своего воплощения и я стал искать пути к её реализации.
Как выяснилось позже, Людмила чутко уловила эту, казалось бы, совершенно не видимую, для посторонних глаз, мою взаимосвязь с её мамой и решила не мешать, а с интересом понаблюдать, что будет дальше происходить. Она стала полноправной участницей этой любовной интриги, но ни я, ни Надежда Михайловна, ничего не знали об этом пока.
Однажды, когда в очередной раз я пришёл к Людмиле домой, её самой не оказалось дома, а дверь открыла её мама. Она сказала, что Людочка, будет часа через три, что она предупредила её, о моём приходе и очень просила меня её подождать. На ярко накрашенных помадой губах Надежды Михайловны играла приветливая улыбка, а пристальный и, как мне показалось, похотливый взгляд пронизывал насквозь. Я охотно согласился и она провела меня в комнату.
Уже с порога я заметил значительные перемены, во внешности Надежды Михайловны. Это была не та женщина, которую я видел раньше, во время нашего знакомства в первый мой приход. Сейчас она была, по особому обольстительна и привлекательна. Вместо привычного домашнего халата на ней было красивое облегающее платье, великолепно подчёркивающее аппетитные формы её тела. Её полные ноги были обтянуты прозрачным капроном. Волосы на голове были уложены в красивую причёску. От неё исходил, тонкий, едва уловимый аромат дорогих французских духов "Hermès Eau des Merveilles"...
По облику, взгляду, дыханию Надежды Михайловны и ещё не знаю почему, я уловил, что между нами должно, что то произойти и в душе страстно желал этого. При одной только мысли, что мы в доме одни, я ощутил лёгкое сексуальное возбуждение. Надежда Михайловна показалась мне ещё более одинокой и вместе с
Моя личная жизнь ( выходные на яхте ) .