Я его пугаю. Говорю, что Любу попрошу, чтобы ему какое-то время не давала, так он у меня и поварихой становится, и горничной, и уборщицей. На всё становится готов. Запал он на куму, ох как запал. Я иногда думаю, а не продать ли кому-то из нас дом и не жить ли вместе. Всё равно то там, то там собираемся. А тут никуда ходить не надо. Разве что из спальни в спальню перебежать. Да что я несу, дура такая! Мы просто кровать офигеть какую большую купим, сексодром настоящий. Все поместимся. Оххх, Вовочка! Всё, не отвлекай меня. Мне так хорошо! Если пальчик в пизду засунешь, будет ещё лучше. Да, так. Нет, лучше два. Оооо, мамочкаааа! Вовваааа!
Бутылка минералки всегда в машине лежит. Мало ли что. Пить захотел. Или вот подмыться надо, а вокруг ни капли воды. Ну и что, что с газом. Женщины говорят, что пузырьки газа приятно пизду щекочут.
В город мы съездили. И по магазинам походили. А вот трусы светка купила, но надевать не стала. Говорит, что их вначале постирать надо, мало ли где валялись. Не тащить же в такой нежный орган, как пизда, грязь всякую. до ома доехали, ни в какие кустики не сворачивая.
Я закупил всё по списку и даже больше. Светка советовала. Бабы лучше знают, что нужно в доме. И сама затарилась по полной. Я едва успевал таскать пакеты из магазина в машину. Затарились полностью, некуда жопу притулить. Домой поехали. Светка просит вначале к нам заехать. Хочет посмотреть, как её Олеженька куму натягивает. Приехали, а Олежки и нет. Люба говорит, что был, да весь вышел. Не успел штаны снять, как позвонили с работы и вызвали по срочным делам. И теперь женщина страдает не ёбана никем. Вот так и надеется муж на любовника, а любовник на мужа. А в результате не выебет ни тот, ни другой. Люба едва не плачет. Столько планов было и всё коту под хвост. Светка давай успокаивать подругу. Да что там подругу, выше бери, почти сестру, правда не по крови.
— Любаня, да не расстраивайся ты так. Сейчас Вова разденется и выебет нас на пару. Делов-то. Засандалит.
— А как двух враз?
Люба сомневается.
— Да просто. Одна на хуй сядет, вторая на лицо. Потом поменяемся.
И сели. И поменялись Когда вернулся Олежка, обе женщины были сыты и довольны. Настолько довольны, что не стали нападать на кума, корить его. Просто все сели за стол, выпили, поели, выпили ещё раз и все четверо пошли на пол. Жизнь-то половая, её на полу вести надо. Никуда ниже пола не упадёшь
Желание сквозь запраты (утешая маму)