Позже тем же вечером я постирал стринги своей сестры. Когда я вошел в комнату Дианы, в прачечной ничего не произошло, потому что Эбби и Диана сидели, скрестив ноги, на кровати Дианы и просматривали журналы с одеждой. Я застыл, но Диана кивнула на свой шкаф, как будто брат, пришедший за трусиками своей сестры, был в порядке вещей. Я спрятал стринги Дианы и трусики на шнурках в свои карманы, но, уходя, услышал, как она сказала Эбби, чтобы она не волновалась, потому что я делал все, что она мне говорила. Когда я вернулся позже тем вечером, Эбби уже ушла в свою комнату.
— О чем ты рассказывала Эбби...
— Нет, - покачала головой Диана.
На этом мои вопросы закончились, но после того, как я промолчал, Диана спросила меня, не хочу ли я переночевать в ее комнате. (Она спросила меня. Она не требовала, чтобы я это делал.) Но, черт возьми, да, я хотел спать в ее комнате. Я вернулся в свою комнату, запер дверь и прокрался к Диане незамеченным.
Мы спали голыми, раздеваясь друг перед другом с разных сторон кровати странным, неловким образом, от которого у нас обоих покраснели лица. Мы не собирались заниматься сексом. Мы не прикасались друг к другу и не собирались этого делать. Мы готовились ко сну, и это заставило меня - и ее, я думаю, - почувствовать себя уязвимыми, может быть, я не знаю. Это было похоже на то, что мы взялись за что-то гораздо более сложное, чем то, что мы делали до сих пор.
В любом случае, под ее одеялами, в темноте, было жарко. Ей было жарко. Она спала, прижавшись грудью к моему левому боку, а я прижимал ее к себе. Она рисовала бессмысленные фигуры на моей груди, а ее соски впивались мне в кожу. Я опустил левую руку на нежную мякоть ее ягодицы, обнаружив, что она горячая.
— Расскажи мне о себе, - попросила Диана.
Что я и сделал.
Теперь, когда я думаю об этом, странно осознавать, что из тройни мы с Дианой никогда не были так близки. Было ли это потому, что наш отец отнял у нас Эбби, пока нам не исполнилось пять лет? Он украл у нас те годы, когда мы были вместе? Было ли это из-за того, что мы больше времени уделяли заботе об Эбби, когда она вернулась, вместо того, чтобы относиться к ней как к равной? Я не знаю, но мне было приятно сократить разрыв с моей старшей сестрой.
Той ночью я проснулся, а Диана лежала на мне. Она зажала мой член между нами, а ее половые губки раздвинулись по нижней части моего ствола. Когда я пришел в себя, Диана провела своими половыми губами по всей длине моего члена, обливая меня своими сливочными соками. Дыхание Дианы стало тихим и глубоким, и каждый раз, когда моя головка касалась розового камня над ее половыми губками, мы дрожали вместе, и экстаз этого момента охватывал нас обоих.
— Ты трахнешь меня завтра, - прошептала мне Диана, когда поняла, что я проснулся.
Дразнит меня.
Дразнит меня.
Бросает мне вызов.
— Ты собираешься трахнуть свою собственную сестру, - прошептала она, и ее дыхание было прерывистым. - Ты делаешь мою маленькую, натертую киску такой чертовски влажной.
Я схватил сестру за бедра, впиваясь пальцами в ее пылающую плоть. Она быстрее заскользила складочкой своей киски по всей моей длине, окутывая меня своей сочащейся влажной мягкостью.
— Ты можешь трахать меня где угодно, - захныкала Диана. Она приподнялась, положила ладони мне на живот и, упершись коленями в кровать, прижалась
Письмо подруге