думаю, примерно через пять секунд она поймет, что головка моего члена касается губок ее киски", — ответил я.
"Мелли, набери мне по видеосвязи", — выдохнула Джени.
"Я хочу подрочить пока он тебя будет жахать".
"Кто сказал что-нибудь о..." — начал я
Но меня тут же прервали три женских голоса, которые были гораздо громче, чем я думал, что это хорошая идея, если мы хотим сохранить в тайне от мамы тот факт, что я занимаюсь сексом со всеми остальными женщинами в семье.
Я покусывал крошечные твердые соски своей сестры, пока она пыталась установить свой телефон на изголовье моей кровати. Она извивалась, но не жаловалась.
"Ты готова к тому, что я могу делать с тобой всякие гадости?" — спросил я.
"Только до тех пор, пока твой член во мне", — ответила она как ни в чем не бывало.
"А как насчет анала?"
"Мы все еще ведем переговоры", — сказала она, многозначительно глядя на мое нижнее белье, которое было единственной вещью, удерживающей меня от того, чтобы оказаться внутри нее.
Я рассмеялся.
Мелли наконец-то установила телефон. Она снова опустилась мне на колени, посмотрела в глаза, схватила за трусы и буквально сорвала ех с меня. Часть пояса не поддалась, но остальная часть единственных, труселей переживших лето в Вайоминге, была уничтожена возбуждением моей сестры.
"Молодчина!" — воскликнула тетя Кими, смеясь.
"А вы сейчас где?" — спросил я.
"В горячей ванне", — сообщила Джени.
"Мама еще не мастурбирует, но она уже выпила второй коктейль, так что это только вопрос времени. Я уже кончила один раз, но хочу ещё раз потеребить, чтобы кончить с вами вместе."
"А с чего ты взяла, что я собираюсь кончать?"— спросил я ее.
"Потому что ты любишь узенькие киски, а твоя сестра берегла себя для тебя", — ответила она.
Я посмотрел на лицо своей сестры. Она снова покусывала нижнюю губу и кивнула мне.
"Ладно, погоди!"— сказал я.
"Это определенно..."
—" Кайл" — произнесла сестра низким угрожающим голосом.
— "Я прямо сейчас пойду в мамину комнату и скажу ей, что ты трахаешь тётю Кими и собираешься сделать ребёнка нашей кузине."
Единственное, что могло быть серьезнее, чем выражение лица моей сестры, — это сама смерть.
— "Эта часть обязательна" — сказала она очень четко.
— "Решай. Прямо здесь и сейчас."
«Я просто думаю, что это плохая идея», — сказал я ей.
"Принято к сведению", — ответила она.
Я посмотрел на ее лицо и вспомнил, как она сравнила мою страсть к тёте с похотью. Я представил, как снова стою у изножья тётиной кровати. Я представил, как она раскрывает объятия и принимает меня.
"Мелли", — сказал я.
"Да?"
"Для меня большая честь, что ты считаешь, что я должен быть тем самым. Я всю жизнь обращался с тобой как с не пойми кем и я понятия не имею, почему ты считаешь меня особенным. Если ты этого хочешь, я сделаю всё возможное, чтобы это было как можно лучше. По крайней мере, я в долгу перед тобой."
К Мелли снова вернулись слезы. Они капали мне на лицо, пока она целовала меня до чёртиков. Я гладил ее по бокам, талии и спине и позволял ей выговориться. Она была намного симпатичнее, чем мне всегда казалось. Моя сестра на самом деле была хорошенькой. У нее были каштановые волосы, а у Джени — светлые, но они явно были родственницами, потому что обе были очаровательны.
— Если можно назвать очаровательной плодовитую молоденькую девушку, которая хочет, чтобы ты лишил её девственности...
Случай из жизни