повезло с женой. Но ничего, Гена, хорошо, что ты к нам попал. Мы тебя с Матвеевной в обиду не дадим. Как сыр в масле будешь у нас кататься. Естественно, и нам помощь от тебя потребуется.
— Представила меня подруге Зинаида Ивановна, обращаясь со мной, как со старым знакомым, хотя мы только что с ней встретились в овражке у родника.
От этой удивительной женщины шло такое душевное тепло и забота, что я мысленно поблагодарил свою неверную жену за то, что она спровадила меня из Санкт-Петербурга сюда, в эту деревню.
— Да ну тебя, Зина! Разве, я такое говорила? Сказала просто, что ты не знаешь человека. А сейчас время такое лихое, и много недобрых людей, по округе шастает.
— Стала оправдываться передо мной баба Надя, а сама, словно под рентгеном, сверлила меня маленькими, словно бусинки, глазками.
Бабка поставила бутылку с самогонкой на стол и уселась на стул напротив меня. А я, глядя на неё, заметил, что она симпатичная, для своего возраста, и под спортивным костюмом у нее выпирали немаленькие груди.
— Я не уголовник и не бандит, как правильно заметила Зинаида Ивановна. Простой работяга, всю жизнь проработал на заводе в Санкт-Петербурге. Сказал, я прежде всего бабке в спортивном костюме и, достав из бокового кармана пиджака паспорт, положил его на стол перед ней.
Но та только глянула на него, но брать в руки и раскрывать не стала.
— Убери его, Геннадий! По тебе и без паспорта видно, что ты хороший человек. Я жизнь прожила и могу отличить хорошего человека от плохого.
— Баба Зина отдала мне в руки паспорт и поставила на стол тарелки, в которые наложила гречневой каши с зайчатиной.
Едва бабка открыла крышку чугунка, как по комнате пошел такой вкусный аромат, что у меня невольно потекли слюни.
— За встречу с новым местом жительства тебя, Геннадий Анатольевич. Надеюсь, мы станем друзьями и добрыми соседями.
— Подняла тост Надежда Матвеевна, а подруга её поддержала.
— Нечего тут надеется Надя. Я и так вижу, что Геннадий будет нам помощником и другом. С мужиком то веселее жизнь у нас пойдёт.
— Баба Зина подняла налитую рюмку с самогонкой вверх над столом, и мы все втроём чокнулись друг с другом, а выпив, принялись есть горячую кашу с зайчатиной, настолько вкусную, что куски мяса буквально таяли во рту.
По мимо каши на столе у хлебосольной хозяйки Зинаиды Ивановны были и маринованные грибочки, свежие огурцы, помидоры с грядки, зелёный лук перьями и редис. Как никак на дворе был июль месяц, и на огороде, уже поспели овощи.
В тот вечер одной бутылкой дело у нас не ограничилось. На улице уже стемнело, и на небе зажглись первые звёзды, а наша троица в сопровождении Цыгана шла по деревне, горланя песни. За добавкой в дом Надежды Матвеевны.
Посидели мы в этот вечер знатно, попели песни и поговорили за жизнь. Я узнал, что Зинаида Ивановна действительно была начальницей и работала в колхозе на должности заведующей молочно-товарной фермой. А баба Надя, до пенсии трудилась в секретном КБ в Новгороде. Мужья у них давно умерли, и они доживали свой век одни. У обоих бабок были дочки с семьями, которые жили в Новгороде.
— Геннадий, а у тебя есть фотографии, где ты молодой? Уж больно ты на моего Олега похож.
— Спросила баба Зина, сидя рядом, со мной на диване поздно вечером.
Мы с ней проводили подругу, до дома и вернулись обратно. Цыган ушел с Надеждой Матвеевой охранять её дом, так как она жила на отшибе, возле леса. Зинаида Ивановна специально отправила собаку с подругой,
?Как я стала рабыней?