снимать как я, ничтожный педик, с микрочленом лежу в собственной моче и плачу как девочка.
— Ну всё, хватит кричать. Встань на четвереньки, и раздвинь ягодицы, - более спокойным тоном приказала мне мучительница.
Ну а я, как последнее чмо, через боль, через унижение, встал на четвереньки и стал раздвигать ягодицы. Кристина же упивалась своей властью надо мной, она подошла, сняла моё лицо, потом подошла сзади и начала снимать мою задница с раздвинутыми ягодицами.
— Ладно, можешь убраться здесь за собой, - дала приказ девушка.
Я, уже как завелось, послушно встал и пошел в санузел взять ведро и тряпку.
Голый, обоссаный, униженный, заплаканный я вернулся в комнату и начал в обнаженном виде мыть полы руками. Кристина снова включила камеру и сняла это унизительное действо. Когда я всё закончил и отнес ведро назад, девушка сняла носки и села на кресло.
— Встань на четвереньки, подойди сюда и целуй мне ноги.
Жалкое ничтожное чмо, то есть я, подошел на четвереньках к этой малолетке и как безмольный педрила стал целовать ей ноги. Кристина смотрела на меня как на шавку и вдруг отложила телефон.
— А как ты вообще себя чувствуешь? Почему ты такой жалкий? - вдруг спросила она.
— Не знаю, - промямлил я.
— Ну, наверняка, ты себя чувствуешь неполноценным. Ты же не мужчина.
— П-почему? - снова промямлил я.
— Ну у тебя же такой маленький хуишко. Ты же по любому его скрывал от всех.
Я не знал, что ответить поэтому тупо смотрел в пол.
— ОТВЕЧАЙ! - внезапно рявкнула Кристина.
— ДА! Я не м... мужчина – стерпев очередную порцию унижений, ответил я.
— Просто мне интересно, - продолжила девушка, - ты настолько... убогий что ли? Прям вот крайняя степень ничтожности. Такой отросточек. Я ведь сразу поняла, что ты – чмо. С самого первого знакомства. Как этого другие не видят?
Я покраснел как рак и не знал, что ответить.
— Кстати, пока ты ходил за ведром, я доставку заказала. Скоро приедут, будешь встречать в таком виде.
Тут на меня накатил ужас. Неужели еще кто-то меня увидит? Неужели еще перед кем-то унижаться?
— Нет-нет-нет, пожалуйста, - начал я умолять Кристину, - прошу-прошу-прошу,
— Таааааааак, - хотела поставить меня на место девушка, но я продолжил истерично умолять,
— Прошу, прошу, прошу, умоляю, - я забылся и судорожно повторял слова и внезапно снова расплакался, чувство обиды встало комом в груди и я продолжил умолять Кристину, при этом рыдая.
Тут мне прилетела звонкая оплеуха, и я немного попятился назад, а потом сменил позу, сев, сложив ноги колесом. Я держался за щеку и плакал как маленькая девочка, а между ног виднелся крохотных размеров жалкий член.
— Е-ли-сей-чик! Ты мне тут слезы не показывай. А то письку вовсе отрежу.
Я понимал, что она этого не сделает, но всё равно замолчал. Следующие 20 минут я сидел молча. Девушка тем временем пересматривала видео и хохотала. Вдруг прозвенел звонок. На лице Кристины нарисовалась улыбка. А я посмотрел на нее жалобным, умоляющим взглядом, но нужной мне реакции не последовало.
— Вставай, голожопик, и иди встречай Мухаммада, - приказала мне девушка.
Меня окатил ужас из-за имени доставщика. Наверняка, это какой-то чеченец с огромным членом. Каким же ничтожеством я предстану перед ним со своим микроскопическим отростком.
Я подошел к двери и, тяжело дыша, открыл дверь. Кристина же встала к стене так, чтобы ее не видел доставщик.
— Здравствуйте, - на автомате сказал доставщик, но, как увидел, меня, поменялся в лице.
Это был молодой парень лет 19, выше меня почти на голову и гораздо шире в плечах. Он осмотрел меня с ног до головы
Взрослый сын.