был очень любезен и почтителен, когда задавал эти вопросы, но в то же время серьезен. Хотя я был уверен, что он лгал, отвечая на некоторые из моих вопросов (особенно о том, каким бизнесом он занимается), я думаю, что на самом деле он проникся ко мне некоторым уважением из-за вопросов, которые я задавал. Я заключил сделку - в том, что касается его уважения ко мне, - когда рассказал ему историю.
— Позволь мне рассказать тебе историю о моем друге, Гвидо, которая расскажет тебе, как я играю. У моего друга была неверная жена. Он так и не удосужился развестись с ней, а просто исчез в один прекрасный день. Однако перед тем, как исчезнуть, он избил любовника своей жены до потери сознания, а затем сжег его дом. Я всегда уважал его за это. Изменники - это подонки, - сказал я с абсолютно серьезным лицом, пока в конце не улыбнулся во весь рот.
Гвидо от души рассмеялся, хлопнул меня по спине и сказал: - Моя жена Габриэлла хочет пойти в оперу на следующей неделе, в субботу. Ты сможешь сводить ее?
— Если ты предложишь прямо сейчас, то я соглашусь, - улыбнулся я. - Но я ожидаю, что скоро получу другую просьбу, вот почему мне нужно предложение сейчас. Чтобы внести ясность, я не беру плату. Я ожидаю, что мне оплатят транспорт, напитки и выступление, и она будет возвращена в назначенное тобой время в том же состоянии, в каком она уехала. Договорились?
Это вызвало еще один смешок, крепкое рукопожатие и ответное - Договорились!.
*********************************
Когда я заехал за Габриэллой Риччи на арендованном лимузине (оплаченном Гвидо) я был удивлен ее внешностью и поведением. На вид ей было не больше тридцати - Гвидо, скорее всего, было за сорок, - и одета она была вызывающе. У нее определенно были итальянские корни, хотя она явно была американкой, невысокая, худая и, на первый взгляд, ничем не примечательная, за исключением одежды. Она также казалась угрюмой.
Я вежливо представился, помог ей сесть в лимузин и попытался завязать непринужденную беседу. Она отвечала либо грубо, либо пренебрежительно. Впервые с тех пор, как я стал эскортом, у меня был неудачный опыт, поэтому я взял быка за рога - точно так же, как я поступил с придурком.
— Послушай, Габби, - сказал я строгим тоном, подозревая, что ей не понравится, если ее назовут Габби, - мое единственное желание - приятно провести вечер в опере. Если сегодня случилось что-то, из-за чего ты стала угрюмой, как змея, почему бы нам не отменить встречу? Мы можем сказать твоему мужу, что у нас просто произошел личностный конфликт, и разойтись в разные стороны. Я всегда ладил со всеми, когда ходил в оперу, театр или художественную галерею, но все когда-нибудь случается в первый раз. Если у тебя в заднице что-то есть, давай сейчас же развернемся, и я даже не возьму с Гвидо денег за лимузин.
Это привлекло ее внимание. Она что-то прорычала по-итальянски. Я был далек от совершенства в итальянском, но пару лет изучал его в колледже, а один из моих соседей по комнате как-то раз был итальянцем по национальности, так что я немного знал итальянский. - Это не я мудак, а ты, - ответил я на своем не слишком хорошем, но, очевидно, понятном итальянском в ответ на ее итальянскую тираду. Ее глаза расширились. Затем она надулась на минуту или две. Я прервал ее веселье, спросив наполовину по-итальянски, наполовину по-английски: - Нам развернуться или посмотрим, насколько хорошо новая дива сыграет Виолетту в
Отравление