из себя невразумительный звук и опустил голову, под хриплый смех жены.
— На животе ползал, сука! А-а-а? Хуй твой поганый, чуть не раздавили! Что же ты его не избил, как меня? Что ты его в жопу не выеб? – Вика осеклась. – Ой, извините! Он мне постоянно такое говорил… И делал...
— Понимаю вас. Хоть и против насилия, но можете его стукнуть, если вам легче станет, - любезно предложил я.
— Стукнуть? Да после ваших слов… - она откинулась на спинку стула и расхохоталась. – Стукнуть! Шваль-то какая! А? Осс-поди-и-и! И смеяться больно, и остановится не могу! Какое блаженство! Я как пьяная… Сука, а помнишь, как ты меня поил до блевоты, мудила? Хотел показать мне, какая я скотина! Что ты мне тогда говорил? А когда эту девку домой притащил, да при мне её выеб! Когда решил, что я с Володькой… Я? Да у кого на меня встанет? Да кому я такая нужна, избитая, да переломанная? Ты посмотри, во что ты меня превратил!
— Виктория, подождите секундочку, - решил встрять я, поняв, что её состояние близко к истеричному. – Какой он плохой, нам обоим известно. Что он сам об этом думает, нам обоим плевать…
— Да! Плевать!!! – женщина продолжала разгоняться. – Вот так, плевать!
Она послала смачный и обильный плевок в лицо мужа. Тот дёрнулся, но продолжал сидеть, пока слюна со лба стекала на щёку.
— Секундочку, Виктория! Я как раз хотел поговорить о вашей внешности… - аргумент оказался действенным. Женщина замерла.
— О чём? О внешности? О том, что от неё осталось? – с горечью произнесла она, сгорбившись.
Говорить ей сейчас комплименты было не просто глупо, они бы прозвучали как издевательство.
— Мы с вами недолго знакомы, но я хоть раз вас обманул или оскорбил?
— О-о-оссподи! Да вы меня к жизни вернули! Я вам ноги целовать готова! – она сползла со стула на пол, словно собираясь осуществить задуманное.
— Для полноценной жизни, внешность вам точно необходима, - пришлось подхватить её за локти, поставив на ноги. Женщина поморщилась, но я решил не отвлекаться. – Вас не смутит просьба снять платье и показать своё тело?
— Ха! Думаю, вас это смутит гораздо сильнее! – не обращая внимание на оплёванного мужа, она развязала пояс, и стянула платье через голову. – Могу и трусы снять, если не боитесь.
— Пока, в этом нет необходимости, - помимо синяков и ушибов были видны и шрамы, где кожа была рассечена. Когда она говорила про спину, не преувеличивала. Особенно, на лопатках и бёдрах. Заметные рубцы уходил по ягодице, под бельё. Светлане бы показать, что её ожидало, задержись она подольше… Меня больше интересовало другое… Мой целительский талант… Я подошёл к женщине сзади, положил руки ей на бёдра, ощутив знакомое жжение в пальцах. Снова её руки накрыли мои, словно сами по себе нащупывали горячие точки, массируя их и передвигаясь дальше по животу… Задрал лифчик, сжимая ещё упругие груди… Под левым соском заметный шрам, но я продолжал смотреть в стену, не отвлекаясь. Теперь, по её рукам… Локти… Локти горят почти полностью. Женщина сама поглаживала места, по которым прошлись мои ладони. Бёдра и низ живота… Не спрашивая, залез Вике в трусы. Она продолжала спокойно стоять, ещё плотнее прижимаясь к себе. На лобке тоже шрамы, которые я легко определял пальцами… Пальцами, которые устремились глубже. Женщина глубоко вдохнула. Какое лицо в этот момент было у её мужа, даже не собирался смотреть. Ладони жгло почти нестерпимо, и её собственные пальцы сплетались с моими. Ни малейшей сексуальности или
Возращение домой