возможностях сверхъестественных существ. Но, хоть что-то!
— Хочу тебе сказать… - Ляля робко замялась, что меня удивило. Никогда не замечал в них застенчивости или деликатности.
— Говори.
— Мы с Лелем привыкли, что люди стремятся служить нам. Им это нравится, и они многое получают взамен. Любая женщина хотела стать нашей жертвенной коровой…
— Вот ты о чём… Подожди… Жертвенной? – я всерьёз встревожился. - Что вы с ними потом сделаете?
— Мы сделаем? – удивлённо переспросила Ляля. – Они получают нашу силу, их дети будут… Подожди… Что означает? Вот в чём дело!
Она рассмеялась и покачала головой.
— Тебя обеспокоило это слово! Жертвенные – потому что приносят себя богам. Мы не съедаем их, и не держим в заточении! Самых прекрасных женщин и мужчин выбирали нам в жертву, и они возвращались в свои селения и племена, вождями и жёнами вождей…Их разум и тела были сильнее и лучше, чем у остальных людей… Люди, были созданы для служения нам, и те, что смогли выполнить своё предназначение… становились… цельными… наполненными… гармоничными… Твоя рабыня, поняла это сразу…
— Мне тоже понятно, - попытался оправдаться я. – Просто, слово сейчас поменяло смысл…
— Для меня эти вещи очевидны. Поэтому, так сложно их объяснить. Будем называть их просто коровами?
— Замечательно объяснила. Называйте как хотите. И к чему был этот разговор?
— Нашим детям необходимо такое питание, - Ляля выжидающе смотрела мне в глаза, что тоже было необычно. – Ты позволишь своим рабыням…
— Конечно! У нас ещё вечером был разговор с Зиной… - к термину "рабыни", решил уже не придираться. - Кстати, а почему ты спрашиваешь у меня? Вы достаточно могущественные, чтобы их заставить.
— Они принадлежат тебе. Только ты можешь ими распоряжаться.
— М-м-м… Хорошо… - "вассал моего вассала, не мой вассал", это мы ещё в школе учили. - А кому принадлежу я? Вам?
— Так было. Ты принадлежал нам, как и наши Хранительницы. Пока Дриада не заявила на тебя свою власть. Теперь, ты можешь отказаться служить нам и запретить это своим рабыням, - она опустила взгляд. – Я не знаю, что с этим делать. Мы никогда не сталкивались с таким… Остаться одинокими… Без поклонения и служителей… Этот мир слишком изменился, и мы опасаемся искать себе других…
Появилось ощущение, что Ляля сейчас расплачется. Этого ещё не хватало! И в плане слёз, и в плане только обнаруженных иерархических построений.
— М-м-м… Хорошо… То есть, я могу передать вам… какую-то из своих рабынь? – осторожно поинтересовался я.
— Конечно же. Если понимаешь, что мы не способны причинить им вред… И, если понимаешь, что это будет… выгодно для них… Или, можешь позволить им служить нам, оставаясь твоими, - не поднимая глаз, она положила руку на моё бедро. – Детям будет мало только брать от твоих коров. Они… должны делиться с ними… Возвращать им силу, что они высасывают из их тел… Иначе…
— То есть, Миле и Милну нужен ещё и секс с… с коровами? – неужели, я сам произнёс это слово?
— Ты уже понимаешь, что близость с нами, это не то, что между людьми. Нам с Лелем, тоже это необходимо… Ощущать слияние… восприятие… понимание… - вторая рука легла мне на бедро, и упругие груди прижались к животу. – Я не могу требовать у тебя, но возможно... позволишь мне немного получить…
Она перевела взгляд на Сашу, которая продолжала стоять голой в стороне, терпеливо дожидаясь.
— Никогда не приходилось просить о таком? – не удержался я от понимающей улыбки.
— Никогда… Но, мы знаем, как действуют ваши эмоции, - доверчиво призналась Ляля.
Нинка и Светка