это понял. Саша влюбилась в маму? Даже не важно, её это чувство или действует программа неведомой бестии. В искренности и чистом сердце девушки я мог не сомневаться. Ничего кардинально не изменилось… Я достигаю поставленных целей не потому, что яростно гребу против течения… Меня выносит туда волной. Бывает и так!
Закрывая дверь своей детской комнаты, я ощущал, что закрываю… Что именно? А-а-а, плевать! Просто закрыл дверь комнаты! Привык, что она всегда закрыта!
Как обычно, мама оказалась одета… очень по-домашнему. Халатик из тонкой, почти прозрачной ткани и узкие трусики. И теперь, увидев её в привычной домашней обстановке понял, как она всё же изменилась. Сеточка морщин в уголках глаз стала заметней и разошлась к вискам. Появились складки в уголках губ. Упругие груди, когда-то достигавшие выреза, так что я мог увидеть соски, сейчас опустились ниже. Тонкая талия, уже едва определялась. Почему же мой член отреагировал, как и много лет назад? Его ждут более молодые и красивые тела! Атавизм детских фантазий? И чтобы расстаться с ними, мне всё же придётся трахнуть маму? М-м-м… Эта мысль мне кажется… неприятной. Некоторые вещи, лучше оставлять в мечтах…
Саша уже принялась за еду, продолжая пожирать маму влюблённым взглядом.
— Нина, вы ещё прекрасней, чем я представляла! – наконец выпалила она.
— Милая! Обещаю не упоминать свой возраст, но я хорошо знаю, как выгляжу, - девушка вновь открыла рот, но мама подняла руку. – Кажется, ты слишком влюблена в моего сына, именно это отражается…
— Мам, ты действительно, красивая женщина, - мне настолько хотелось это сказать, что я перебил. – Думал, что буду разочарован, увидев тебя через столько лет, но…
— Не знаю, стоит ли это говорить, - теперь уже мама перебила меня. – Наверное, ты должен это узнать…
Что? Какие-то очередные скелеты из прошлого? Я едва удержался от улыбки.
— Я не просто, так одевалась. Я понимала, как ты на меня смотришь, и хотела показать… насколько ты мне безразличен.
Сдерживать улыбку стало труднее. Хотела показать… Значит, я не был ей безразличен!
— Никогда не знала внешность того мужика, что осеменил, но… Мне казалось, именно ты вторгся в моё тело, в мою жизнь… - мама, ты не представляешь, насколько права! – Злость, ненависть, омерзение… Почему ты улыбаешься?
— Всегда переживал, что ты ко мне равнодушна, - признался я, спокойно принимаясь за еду. Простая семейная застольная беседа. – Немного жалею, что не узнал об этом раньше. Не смущает, что пыталась совратить своего сына?
— Совратить? Не-е-ет! Пожалуй, ожидала, когда ты не выдержишь и накинешься на меня. Очень хотелось унизить тебя в этот момент… растоптать, - в разговоре со мной голос вернулся к привычной безэмоциональности. И как разговаривая с Сашей, не обращала внимание на меня, так и сейчас не заботилась, что всё слышит моя девушка. Что-то в маме осталось прежнее, привычное…
— Ты можешь сделать это сейчас.
— Не получится. Слишком уверенный. Слишком… соблазнительный.
— И поэтому, ещё более противный? – догадался я.
Саша с недоумением слушала нас, не вмешиваясь.
— Пока тебя не было… ты слишком изменился. Удивительно, как не хватало тех ощущений, что ты давал мне.
— Возможно, именно поэтому ты и согласилась на секс? Новый источник эмоций?
— Я хотела ей помочь… Возможно, и себе. Это оказалось хуже, чем я думала.
— Не обязательно искать отрицательные ощущения.
— Предпочитаю иметь врагов. Они не предают.
— Существуют любимые, которые не предают. Ты обожглась всего один раз, и не можешь знать, сколько прекрасных людей ты оттолкнула.
— Теперь уже поздно сожалеть об этом, - грустно усмехнулась мама. – Но, спасибо за такие слова. Я начинаю
Папа