Мэдди были маленькие, но соски размером с батарейки, и почти такие же твердые.
— О, Господи, у тебя это хорошо получается, - прошипела она. Я опустил лицо к ее грудям и начал лизать и посасывать ее чувствительные соски. Я чувствовал, как подрагивают ее пальцы, двигающиеся взад-вперед ножницами.
Одна моя рука опустилась ниже и нащупала влагу. Я был поражен тем фактом, что мы с Мэдди, даже в нашем возрасте, не нуждались в искусственных средствах для занятий сексом. Несмотря на то, что у нее уже давно миновала менопауза, она все равно становилась влажной без посторонней смазки. И мне не требовались никакие из этих маленьких голубых таблеток, чтобы получить или сохранить эрекцию.
Мои пальцы сами собой погрузились во влагу и продвигались все дальше и дальше к источнику. Стоны Мэдди стали более интенсивными и громкими. Мне пришлось прижаться своим ртом к ее губам и сомкнуть наши губы вместе, чтобы утихомирить их.
Она наклонилась, схватила мой член и скользнула им к своему отверстию, замерла и улыбнулась. - Ты этого хочешь? - игриво спросила она. - Или ты хочешь, чтобы я спустилась и привела Кейт?
— Хм, мне нужно подумать над этим, - сказал я так же озорно.
— Э-э-э, приятель, - сказала она, подаваясь бедрами вперед и насаживаясь на меня. - Кейт прикреплена к твоему сыну, чтобы поиграть с ней. А это мое - все мое.
Неважно, сколько раз мы с Мэдди делали одно и то же, но для меня это всегда было чем-то волшебным. Ощущение, которое я испытываю, когда каждый нерв на поверхности моего члена скользит в этот горячий влажный туннель, почти неописуемо. Я всегда задыхаюсь от удовольствия. И Мэдди хихикает каждый раз, когда слышит это.
— Тебе это нравится, да? - Говорит она, начиная мягко двигать бедрами подо мной. Ее руки обвиваются вокруг меня, хватают за бедра и притягивают к себе еще сильнее. В то же время мои губы прижимаются к ее губам, а руки оказываются у нее под плечами.
Проходит всего несколько мгновений, и мы с Мэдди перестаем существовать как отдельные существа. Мой член пульсирует и набухает в такт прикосновениям к ее киске, и наши стоны становятся общими. Иногда трудно сказать, кто издавал эти звуки.
Затем Мэдди начинает дико дергаться. - О, черт, - шипит она. - Дай мне это. Дай мне еще одного ребенка, черт возьми. Клянусь, ты в этом лучший. Никто другой даже близко не подходит.
Мой член поник, как пережаренная лапша. Мэдди сразу это заметила. - Кен, прости, - сказала она. - Я знаю, что это было глупо, но я ничего не могу с собой поделать. Ты же знаешь, что мы слишком взрослые, чтобы заводить еще одного ребенка... ну, в любом случае, я такая. Но когда ты делаешь это со мной, происходит что-то первобытное, и моя матка хочет наполниться.
Я кивнул, но мой разум продолжал работать.
— Иногда я жалею, что мы не можем завести еще одного ребенка, - продолжила она. - С тобой так хорошо... подожди, ты хочешь сказать, что если бы мы были моложе, то не смогли бы завести еще одного ребенка?
— Мэдди, мы покончили с родительскими обязанностями, - солгал я. - Мы почти закончили с обязанностями бабушки и дедушки. Теперь я хочу уйти на покой и немного повидать мир, держа тебя на руках. Когда мы закончим путешествовать, мы сможем откинуться на спинку кресла-качалки и вести себя как старики.
— Не знаю, хочу ли я путешествовать по миру с мужчиной, который, по крайней мере, сделает вид, что хочет, чтобы я забеременела,
Туалет как зеркало души