В школе Елена была невысокая и сиськи долго не хотели расти. Елена всегда тусила с модными одноклассницами, но чувствовала себя с ними как пони с породистыми лошадками. А когда с мамой стала ездить на заработки, все внезапно переменилось. За лето у неё сиськи выросли до неприличия, сверху в декольте не влезали, а внизу ещё расширялись шариками. Такую красоту и носить то тяжело, но приятно. Елена сразу и не сообразила, как это на жизнь повлияет, заработалась, на все мозгов не хватает. Она с пацанами дружить привыкла и секс у нее был до этого чуть ли не по приколу.
А теперь ребята на нее по-другому смотреть стали. Вот и Ромка ходил пялиться на её сисяндры, да и так запал, что даже про момент забыл. А Елена, как об этом узнала, перестала с ними тусить. Решила поиграть в недотрогу. Пусть не думает, что она легко достаётся. В такой игре была своя опасность, но ей это нравилось.
Тут Елену позвали к завтраку на просторную кухню таунхауза. Близняшки отлично справились: сервировали стол с горячим фондю, сухариками, томатами черри, апельсиновым соком и красным вином. Дом уже прогрелся, гостей не ждали, и все трое оставались в том же постельном прикиде. В окно пробивался розовый зимний свет и снег белел во дворе. Елена по молодёжному согнув ногу пяткой под задницу сидела на диване и пила вино. Она расслаблялась и глядела на своих красоток. А те тоже попробовали винца, раскраснелись, несколько... непристойно развалились, коленками в стороны и ждут историй.
(Елене пришлось рассказывать с купюрами, но мы со всепроникающей музой будем их заполнять).
— Я на этих тусовках бывала летом в промежутках между рейсами и торговлей, а потом перестала ходить. Осенью мне на заработанные деньги новые шмотки купили. Там же, в Польше, куда мы в основном катались. И вот приехали мы оттуда в сентябре, идём домой. Ромка с приятелями у подъезда сидят. А на мне розовые легинсы, футболка с Майклом Джексоном и куртка кожаная. Так и прошла мимо них, как королева, ни на кого не глядя. Вы чего смеётесь?
— Ничего, представили тебя просто - сказала Кристина прижимая рот ладошкой, а бессовестная Алиса чуть не выронила черри изо рта со смеху.
— Это вам смешно, а парни в отпаде были. Ромка после этого ещё больше влюбился. Совсем крышу у пацана снесло. Он мне проходу не давал. На улицу нельзя было выйти. Он все ко мне подкатывал, говорил про любовь, а я ни в какую. Ну и высмеивал меня конечно, а потом прощения просил. Но я уже на него и смотреть не хотела.
(Высмеивал Рома однообразно: когда Ленка выходила из подъезда, он громко спрашивал, покажет ли она ему буфера. Елена всячески изображала недовольство, хотя внимание к её "богатствам" было немножко приятно)
— А он красивый был? - влезла Алиса.
— Ну... - да, да. Строгое такое лицо, скуластый, плечи широкие. По сравнению с нашими гопарями просто принцем казался.
— А почему ты его не выбрала?
— Ну это легко сказать, он всё-таки тоже был дворовый пацан, а я бы стала "его" девушкой. В те времена у нас было много свободы, но и во дворе были свои порядки. Парень мог тебя унизить при всех, а мы только смеялись, нам это, типа, нравилось. А уж по заднице хлопнуть или телкой назвать, это считайте норма была... А я решила, что это уже не для меня... как-никак за границей побывала и загордилась.
От этих подробностей близняшки смущенно переглянулись и свели коленки. Им было неловко признать,
Письма